Злодейский путь!.. [том 7-8]

На какое-то время он потерял ее из виду, а затем, оббежав главное здание, заметил, что женщина так же медленно и чинно выходит из расположенного слева флигеля. В руках у нее больше ничего не было. Затаившись в тени, Ер дождался, пока она уйдет, и, воровато оглянувшись, сам направился к флигелю.

У дверей он прислушался, но изнутри не доносилось ни шороха. Тогда он медленно толкнул двери, и те открылись с тихим скрипом.

В помещении царил полумрак. Внутри было совершенно пусто, никакой мебели, лишь пол был выстлан некими белыми выпуклыми вещицами, лежащими через равный промежуток друг от друга.

Ер опустился на корточки, пытаясь разобраться, что же это такое.

Неожиданно рядом с ним присел помощник Ю Си. Он протянул руку и поднял одну из белых штуковин. Ер, наконец, осознал, что видит очертания носа, глаз и рта.

— Посмертная маска, — произнес помощник Ю Си.

Ер перевел взгляд на устланный масками пол. Все они хранили в себе черты разных людей. Все они казались свежими, словно их положили сюда, чтобы они подсохли.

Десять. Двадцать. Тридцать. Не меньше шестидесяти масок, хранящих очертания недавно умерших людей.

Шен стремительно влетел в комнату, требуя, чтобы они немедленно уходили. Еще мгновение назад здесь была Ми Лу, и, казалось, они не могли не столкнуться с Шеном в дверях, но, очевидно, «богиня» исчезла, словно призрак.

Мечник сделал вид, что немного рассеян спросонья. Впрочем, ему не требовалось сильно притворяться: он действительно все еще не мог до конца осознать, что происходит. Шен схватил его за руку и заставил идти за собой. Муан смотрел на эту руку, чувствовал ее и осознавал, что совершенно не слышит ни мыслей, ни эмоций Шена.

Его дикий зверек выглядел растрепанным и встревоженным, его рука была чуть липкой от холодного пота, все это Муан видел и ощущал явственно. Но это было такой малостью по сравнению с тем, к чему он привык.

В зале Шен активировал печать, и уже через несколько секунд они вдвоем оказались в черном замке.

На орден РР опустилась ночь, стояла оглушительная тишина.

Шен понадеялся, что Риту давно вернулась в свою комнату, и остальные тоже не успели опять набедокурить, но ему было не до того, чтобы всерьез задаваться вопросом, куда все делись.

Шен вздохнул с облегчением. Пусть по факту в их положении ничего не изменилось, Шен ощутил некоторое облегчение, вернувшись «домой». До окончания дня рождения Муана оставалось еще несколько часов.

Тот пристально смотрел на него, словно пытаясь сохранить в памяти каждое движение.

— Ты… ничего не хочешь мне сообщить? — пристально глядя на него, уточнил он.

Шен решил, что Муан удивлен их внезапным побегом.

— Я подумал, что есть дела поважнее, чем расспрашивать о прошлом.