Змей (СИ)

Да и все знают, что человек не может быть парой сверху. Поэтому, твои обвинения не имеют под собой никаких оснований. Зато на лицо… - он судорожно вздохнул: - На лицо желание лишить лучшего друга его эйфори и, соответственно, его жизни.

    -  Он был мне другом до тех пор, как ты сделал его своим преемником, хотя им должен был стать я!

    -  Главы выбираются общим голосованием. Это ненаследуемый титул, - назидательно прошелестело… нечто, напоминающее прямоходящего ящера, но с человеческими чертами лица.

    -  Не нужно меня учить! Я…

    -  Хватит! - прикрикнул на него ещё один… демон.

 - Вердикт: виновен! Стража, забрать его!

    И к Арману подошёл тот самый «глашатай» и её давешний приятель, если можно так выразиться. Пока он не исчез, вокруг стояла гробовая тишина. А потом один за другим стали вспыхивать поверженные противники Каспиана… превращаясь в горстку пепла.

    Рита вскрикнула, когда до неё дошло, что их всех только что убили! Девушку начало трясти и Кас тут же обратил на себя внимание.

    -  Прошу прощения, Верховные, но у моей эйфори вот-вот начнётся истерика. Она и так пережила сегодня достаточно.

И если вы не возражаете…

    -  Конечно, Ламаро. Идите. Но завтра вы оба нужны нам на вынесении приговора.

    Рита всхлипнула. Она не хотела никакого приговора, вообще никого не хотела из них видеть! Её, чёрт возьми, только что убили! Закололи прямо в сердце, а она вместо того, чтобы умереть, превратилась в демониду-демонессу! Да у неё стресс! И истерика!!! Она хочет, чтобы её оставили в покое!!!

    Кажется, последние слова она выкрикнула в голос, да ещё и что-то сделала, потому что окружающих существ, кроме неё и обнимающего её Каспиана раскидало в разные стороны и на приличное расстояние.

    Девушка тут же смутилась, повернулась лицом к мужу, и спряталась у него на груди, буркнув:

    Послышались смешки, плавно переросшие в хохот. Мужчины, а Рита была уверена, что среди присутствующих - она единственная девушка, от души и по-доброму веселились, глядя на вышедшую из себя молоденькую демонессу, хотя уже демониду. А она всё больше смущалась и краснела. Появилось стойкое желание немедленно испариться отсюда, чтобы не слышать этот смех, не чувствовать эти взгляды…

    Каково же было её изумление, когда внешний мир, вдруг, пошёл рябью и резко потускнел.

Лишь она оставалась ярким цветным пятном во всём этом сером многообразии. Её одновременно сковал ужас и переполнял восторг, но эти чувства не давали даже пошевелиться - так сильно она была удивлена. А потом ей на плечи опустились такие знакомые и желанные руки любимого.

    -  Не стоит, родная, - нежно проговорил ей на ухо Каспиан, оказавшись рядом с ней и тоже становясь «цветным».