Золотое сердце Вавилона

 – Я помню, но у Зои, у этой моей подруги, высокая температура, так что мне, наверное, придется у нее переночевать…

– Кто тебе дороже – какая-то Зоя Рябинкина или…

– Но, Виталик, я не могу оставить больного человека без помощи! Она живет одна, ей даже лекарство подать некому! Вспомни, чему ты учишь школьников на своих уроках! Ты сеешь разумное, доброе, вечное! И ты хочешь, чтобы я оставила больного человека в беспомощном состоянии? Это политика двойных стандартов! И вообще, она не Рябинкина, а Желудева, Зоя Желудева…

– Не говори ерунды! – перебил меня муж. – Если для тебя наша семейная жизнь ничего не значит…

И тут в его голосе что-то изменилось.

– Ты сказала, – проговорил он испуганно, – ты сказала, что у нее, у этой твоей подруги, высокая температура?

– Ну да, – подтвердила я, почувствовав, что появился шанс отвертеться. – Тридцать девять и четыре.

Если врешь – всегда нужно врать с десятыми долями. Такая точная, уверенная ложь выглядит достовернее правды.

– Тридцать девять и четыре? – переспросил муж взволнованно. – А чем она больна?

– Понимаешь, врач пока не смог поставить диагноз. Кроме высокой температуры и ломоты в суставах, пока нет никаких симптомов. Врач сказал, что завтра картина станет более ясной, и тогда…

– Но это же может быть что-то очень заразное! – теперь в голосе мужа звучала настоящая паника. – Высокая температура, ломота… Знаешь что, пожалуй, тебе действительно лучше переночевать там. А уже завтра, когда картина определится и врач поставит диагноз…

– Да, милый, но как же наша семейная жизнь? – на этот раз возразила я, стараясь не переиграть.

– Но Антосик! – перебил меня муж. – Как ты можешь быть такой бессердечной? Твоя близкая подруга тяжело больна, рядом с ней нет никого, кто мог бы ей помочь, даже лекарства подать некому! Разве можно оставить больного человека в беспомощном состоянии? Вспомни, чему я учу детей на своих уроках!

– Ну, раз ты так считаешь, дорогой, пожалуй, я у нее действительно останусь! – и я отключила телефон, пока он не передумал.

Ну что ж, вопрос решился сам собой, и у меня совершенно неожиданно образовался свободный вечер. Мне не придется объясняться с мужем, не придется выдерживать многозначительные взгляды и намеки свекрови, не придется сдерживать приступы тошноты. Я могу просто посидеть в кресле, отдохнуть…

Старое резное кресло возле окна как будто приглашало меня. Я опустилась в него, кресло уютно скрипнуло, и я почувствовала покой, покой и свободу…

Машинально протянула руку к этажерке, взяла с нее первую попавшуюся книгу.

Книга была без обложки, без начала и конца. Текст начинался прямо с середины фразы:

…Огненная колесница солнца выкатилась на небосвод и озарила своим сиянием долину Исса.