Золотое сердце Вавилона

Как и прежде, каждая ступенька скрипела своим особенным голосом, но сейчас этот скрип не казался мне уютным и успокаивающим – он казался зловещим и настороженным, словно ступеньки переговаривались между собой, замышляя что-то недоброе.

Наконец я спустилась на первый этаж, прошла по короткому коридору и вышла в магазин.

Там было почти темно. Со всех сторон доносились какие-то приглушенные звуки – шорохи, скрипы, потрескивания. Я догадалась, что эти звуки издают рассохшийся паркет и старая деревянная мебель, но все равно не могла отделаться от смутного беспокойства.

В темноте мне показалось, что в дальнем, самом темном углу магазина сидит в кресле человек. Я снова окликнула его – на этот раз тихо и неуверенно:

– Никодим Никодимович!

Темный силуэт не шелохнулся, не издал ни звука. Тишина стала еще более напряженной.

– Что вы делаете в темноте… – пролепетала я едва слышно. – Вы пугаете меня!

Тут я увидела на стене кнопку выключателя и торопливо нажала на нее.

Магазин залил яркий электрический свет, поначалу показавшийся мне ослепительным. Впрочем, через секунду мои глаза привыкли к этому свету, и я поняла: то, что в темноте показалось мне человеческой фигурой, было всего лишь темным рабочим халатом, небрежно брошенным на спинку стула, а за голову человека я приняла стоявший рядом небольшой медный самовар.

Никодима Никодимовича не было.

Я еще раз позвала его, затем подошла к двери. Она была закрыта, а табличка на ней повернута соответствующей стороной.

Выходит, старик закрыл дверь и ушел домой, ничего мне не сказав? Возможно, он не хотел мне мешать, но что мне сейчас делать? Как выйти из магазина?

Я напомнила себе, что не собираюсь сегодня возвращаться домой, что хочу переночевать здесь, в своей новой (с позволения сказать) квартире, но от этого проблема не делалась меньше, а поведение старика оставалось необъяснимым.

На всякий случай я обошла все закоулки магазина, но никого не нашла и поднялась в квартиру.

Кот встретил меня на пороге и даже потерся о мои ноги – видимо, решил налаживать отношения.

Я заглянула в холодильник и нашла там упаковку молока, кусок сыра и половинку батона. Молоко налила в блюдечко и поставила перед котом, а себе заварила чай.

После чашки горячего чая я немного успокоилась и решила устраиваться на ночлег.

Я разобрала постель.

Простыни оказались совершенно чистыми и даже пахли зимней свежестью и лавандой. Я улеглась, уютно укрылась одеялом и выключила свет.

Я думала, что на новом месте не смогу заснуть, однако усталость и обилие впечатлений сделали свое дело, и я почти сразу провалилась в глубокий, черный колодец сна.

В этом колодце мелькали какие-то цветные пятна, яркие искры света, иногда они складывались в незнакомые лица.