Золотой воин

К мнению Ланкера Гурд прислушивался. Это был хороший раб, неплохо руководивший хозяйством на свинарнике, поэтому Лусху было приказано… не бить новичка так сильно, как он это делал прежде.

– Малой должен нормально ходить за лягушками, на своих ногах и не задыхаться, – сказал Гурд своему младшему брату.

Тот был недоволен, его лишали главного развлечения, однако в следующий раз ограничился несколькими затрещинами и уже не валял раба в пыли, проверяя крепость его ребер.

Легко отделавшись в этот вечер, Питер спустился в погреб, где держали рабов. На сегодня вся его работа была сделана и все удары получены.

– Сегодня он бил тебя не так сильно, – заметил Бриан, разглядывая лицо Питера.

– Наверное, настроение было хорошее, – без улыбки ответил тот и, попив воды, лег спать.

– Это тебя за лягушек пожалели…

– Что? – Питер приподнялся с соломы.

– Я на свинарнике слышал, как Ланкер хвалил тебя перед Гурдом. Сказал, что ты слабеешь и можешь помереть, а это жаль, поскольку лягушек таскаешь больше всех.

– Что ж, хорошо, если так, а то уже мочи нет терпеть этого… – Питер умолк, ему показалось, что двое рабов-строителей внимательно прислушиваются с разговору.

– Твоя правда, – кивнул Бриан и подвинулся ближе. – А скажи, Малой… То есть Питер. Или как тебя лучше называть, чтобы не обидно?

– Называй, как хочешь, а Малым меня и на галере звали.

– Вот как? Очень хорошо. Так вот, Малой, ты мне расскажи – у тебя есть какой-то секрет? Как ты ухитряешься столько лягушек набирать?

– Обыкновенно, иду и собираю. Если поглубже зайти, там их больше и они крупнее, – заплетающимся языком пояснял тот, уже проваливаясь в сон.

– Но ведь бывают дни, когда они прячутся – ни одной не найдешь, а ты две недели носишь и все больше большего. Ты расскажи, может, мне тоже когда носить придется.

– А раньше не носил?

– Носил… – Бриан вздохнул. – Лысый меня дубинкой два раза учил, больше не захотелось. Я теперь траву собираю и премного доволен.

– Нет никакого секрета, просто везет. – Питер глубоко вздохнул и окончательно провалился в сон, а разочарованный Бриан пошел пить воду.

На следующее утро все происходило, как обычно: плошка воды натощак, брошенная в пыль лепешка и кусок жира, а потом быстрая прогулка до свинарника в сопровождении Гурда.

– Ты сегодня получше выглядишь, – заметил Ланкер, выдавая Питеру его корзины.

– Должно быть, Лусх потерял ко мне интерес, вчера бил без особой злости, я даже удивился.

– Наверное, ты ему разонравился, – предположил Ланкер, пряча улыбку.

– Хотелось бы, чтобы совсем.

Подхватив свои корзины, Питер зашагал прочь от свинарника – лес давал ему почувствовать хотя бы условную свободу.