Золотой воин

Промаха быть не должно! Бей!

И Питер бил, сильно бил, так что учебная пика звенела.

– Неплохо, он свалился, – улыбаясь, говорил Корнелий и снова пускал зубана по тропе, вынуждая ученика менять упражнения.

– Что слышно о манукарах? – спросил Питер, когда они вечером ехали в город.

– Молоканы говорят, что император отводит войска на запад, где тураны угрожают его крепостям.

– Значит, у нас теперь будет спокойно?

– Я надеюсь на это, махать мечом мне давно уже не в радость. Завтра сделаем перерыв, твое тело должно запомнить все то новое, что ты узнал за последние несколько дней.

– Тело? Разве тело может запоминать?

– Может и должно. Голова может оказаться занята другими заботами и что-то забыть, а с телом такого не случится.

– Что же мне делать, не шляться же по двору без дела, я к этому не привык!

– Отправляйся в лес, подыши. Пусть тело запоминает, а свежий воздух тем временем прочищает мозги.

Питер решил последовать совету Корнелия и на другой день, после завтрака в своем роскошном для невольника жилище, отправился в лес «прочищать мозги».

Свинарник он обошел стороной, ему было неприятно слышать все эти бесконечные «доброе утро, господин Питер», а также замечать, как все ниже становятся при виде его поклоны его вчерашних товарищей-невольников.

В зимнем лесу было, как обычно, сыро, но дождь прекратился ночью и тропинки успели подсохнуть.

«Если я просто уйду, меня никто не кинется искать», – подумал Питер и оглянулся. Он некстати вспомнил о тех незнакомцах в темных капюшонах, которые не так давно навещали его. Что, если они опять прячутся за облетевшими кустами, чтобы снова спросить: кто ты, Питер?

– Если бы я только знал – кто я теперь? – начал он рассуждать вслух.

 – Неволя меняет людей, вот и я кажусь себе каким-то незнакомым. Иногда вроде бы я – это я, а в другой раз – иначе…

Он вздохнул, остановился перед большой лужей и, оттолкнувшись, перепрыгнул на другой ее берег.

Несмотря на то что он придержал меч, ему послышался звон железа.

Питер остановился, потряс ножнами, но больше ничего не зазвенело. Он постоял еще немного, прислушиваясь к тишине леса. Вот по макушкам пробежал ветер, сорвал старый пожелтевший листок и принялся крутить его, не давая упасть на землю.

«Надо прочистить мозги», – сказал себе Питер и пошел дальше, отмечая, что опять по привычке идет к реке.

Снова зазвенел металл, звук разлетелся по всему лесу. Затем последовал приглушенный удар о землю и крик сорвавшейся с ветки перепуганной птицы. Она, как стрела, пронеслась над головой Питера, напугав и его тоже.

Присев на корточки, он вытянул из ножен меч и стал прислушиваться.