Зов желтого дьявола

 – То мои коллеги… так на чем я остановился?

– Вы сказали, что вскрытие показало…

– Что пан профессор умер от яда, который вызвал остановку сердца.

– Ужас какой! – выдохнула Аля. – Значит, ему вкололи яд…

Перед ее глазами снова возник сутулый мужчина с выпученными глазами. Может быть, это он убил профессора?

– А какой яд? – спросила она.

– В том-то и дело, уважаемая пани! – Капрал невольно понизил голос. – Наш эксперт ни разу не сталкивался с таким веществом. Оно очень редкое, это микотоксин…

– Что? – переспросила Аля. – Какой токсин?

– Токсин, вырабатываемый редчайшей разновидностью грибов.

– Ужас какой! – повторила Аля.

Перед ее глазами все еще стояло мертвое лицо профессора. И еще… еще она вспомнила записку с планом, которую он отдал ей перед самой смертью. И компас, который они с Дашкой нашли в тайнике на следующий день.

– Пан капрал… – начала она. – Я должна вам сказать…

Она хотела выложить ему всю эту историю, но тут до нее вдруг кое-что дошло.

– Так я у вас, наверное, числюсь в подозреваемых? – выпалила она. – Ведь это я первой оказалась возле трупа! И какое-то время была с ним наедине…

Капрал немного помолчал, прежде чем ответить, и это молчание показалось Але достаточно красноречивым.

А если она сейчас расскажет о компасе, подозрение перерастет в настоящую уверенность! Если она взяла у профессора план и, пользуясь этим планом, нашла старинный компас, да еще и вывезла его из страны, – выходит, у нее был мотив и для убийства…

– А что вы хотели мне рассказать, пани Александра? – проговорил капрал, не ответив ей насчет своих подозрений.

– Что хотела сказать? – Аля встревожилась. – Ах да! Я в тот день видела одного пана… такой сутулый тип, очень неприятный… он шел в замке следом за профессором, а потом выбежал из той часовни, где позже я нашла Любомирского. Он был очень взволнован!

– Взволнован? – переспросил капрал. – То неудивительно! А не помните ли вы, пани, каких-нибудь его примет?

– Ну, я же говорю – такой сутулый, неприятный… ах да! Он разговаривал с экскурсоводом, и тот называл его «пан Войцех»!

– Войцех? – переспросил капрал и сделал небольшую паузу, вероятно, чтобы записать имя.

Затем он проговорил совсем другим тоном, доверительным и задумчивым:

– Вы спросили меня, пани Александра, подозреваю ли я вас… не обижайтесь, дорогая, моя профессия принуждает подозревать каждого. Не просто подозревать – проверять, была ли у данного человека возможность совершить преступление, способ и мотив. Насчет возможности – вы, пани, действительно номер первый. Вы находились возле тела пана профессора, были там одна, так что вполне могли сделать укол.