Зверь. Контракт на послушание

Нет, нет, нет… пожалуйста, только не это! Нельзя так! Ну посмотри же на меня! Нужно бежать, спасаться хотя бы тебе!

Конечно, альфа не обернулся.

Послушно и как будто обреченно лег в медкапсулу, даже не дернувшись, когда его со всех сторон облепили трубки и датчики.

Голова пошла кругом. Нет, это невозможно! Александр Урсулов всегда должен бороться до конца! Зачем он это делает?!

- Хороший песик, - проворковала Анника и метнулась к монитору. – Эй, Адам. Через пять минут можешь забирать свой приз.

И, хохотнув на злобный рык альфы, нажала несколько кнопок.

Свет мигнул, и медкапсула начала работу.

- Собирайся, овечка. Нам пора…

Голос Адама хрипел и ломался от предвкушения. А я вжалась в угол, стискивая в руках единственное, что сумела найти – тоненькую заколку для волос. Она не оцарапала бы даже ребенка, но это лучше, чем вообще ничего.

Буду защищаться! До последней капли крови, а если эта тварь меня свяжет – прокушу язык! Лучше умереть, захлебнувшись кровью, чем… чем…

- Концентрация плазмы достигла отметки в пятнадцать процентов, состояние удовлетворительное, пульс выше нормы, - голос матери, наблюдавшей за процессом, был хуже отборной брани.

Ей плевать на все, кроме своего ненаглядного Пастыря. Его слово – закон, и если он прикажет, то она лично будет вязать мне руки, чтобы не вырывалась. Ненавижу!

- У тебя десять секунд, Есения, - прищурился Адам, не обращая внимания на попытки матери намекнуть о своем существование. – Иначе…

- Что за черт? – оглянулась Анника. – Перебои?

- Внедрение происходит поэтапно, - залепетала мать. – В это время аппаратура нуждается в дополнительной энергии. Сейчас должно начаться...

И в подтверждении ее слов ушей коснулся глухой, но отчетливый хруст. О, Всевышний! Не удержавшись, я глянула на медкапсулу, а в следующее мгновение уже стояла на карачках, пачкая пол желчью.

То, что происходило внутри, было ужасно! Неестественно выгнутое тело, растянувшие кожу кости и ежесекундно менявшееся лицо. Или морда? Теперь я не могла сказать, но очень сильно хотела бы вовсе не видеть!

Не из-за страха. Думать тяжело, насколько это больно! Алекс кричал. Я видела оскаленный рот, окровавленные зубы и скрюченные в агонии пальцы. А еще полный удовлетворения взгляд Анники. Этой сволочи нравилось происходящее. Она наслаждалась каждой секундой и не скрывала этого!

- Ах ты дрянь! - выругался над головой ненавистный голос. – Чуть обувь мне не испачкала!

Ох, жаль не получилось. И меня скрутило в новом приступе.

- Эй, ты! - рявкнул Адам. – Поднимай свою дочурку и…

Свет опять мигнул. И вдруг потух, а вместо него вспыхнула аварийка. Комнату затопило кроваво-красным.

- Показатели пробили верхнюю планку, - взволнованно пискнула мать. – Ввожу антидот.

- Стой! – крикнула Анника, и ей вторил лязг распахнувшейся двери.