1953 год. Смертельные игры

Но в книге Брента и Наумова я наткнулась на упоминание, которое все меняет. Оказывается, Вознесенский приехал на Валдай, когда Жданов был еще жив. Зачем? Может быть, их связывали особо теплые отношения, и Вознесенский, узнав о тяжелом состоянии Жданова, примчался проститься? Может, конечно, и так...

Однако Хрущев все на том же заседании партактива в Ленинграде снова изронил золотое слово: «Очень многие члены Политбюро не уважали Вознесенского за то, что он был хвастлив, груб, к подчиненным людям относился по-хамски». Мог скромный и деликатный Жданов испытывать симпатию к такому человеку? Едва ли.

..

И сразу возникает еще один вопрос: а это точно, что Кузнецов с Попковым появились там уже после смерти Жданова?

И третий вопрос: имел ли Кузнецов основания не хотеть, чтобы к этому визиту было привлечено особое внимание? Если нет- значит, нет. А если да, то у нас развивается совершенно замечательная интрига.

...Давайте подумаем: что знал и чего не знал Кузнецов о скандале в Лечсанупре? Во многом это зависит от того, в каких отношениях он был со Ждановым и его семьей. Если в хороших, то супруга Жданова, уж верно, рассказала бы ему про споры вокруг диагноза.

Если в плохих - нет. Кузнецов должен был знать, что существовала какая-то жалоба, что Егоров собирал совещание, которое признало его правоту, после чего инцидент был исчерпан.

Едва ли Кузнецов вникал в существо конфликта, возможно, даже не знал, что жалоба была адресована в МГБ.

И тут он получает письмо Тимашук, где та подробнейшим образом рассказывает о ходе конфликта.

Я не зря привожу это письмо целиком - оно очень умно составлено. На самом деле все было так, да чуть-чуть не так.

Консультанты не подтвердили вывод Тимашук, не подтвердил его напрямую и патологоанатом. Мы рассматривали события, как они происходили в действительности, и нас не удивило, что делу не был дан ход. Однако в изложении Тимашук ситуация выглядит немного по-другому, но это «немного» приводит к вполне однозначному выводу: МГБ просто обязано провести следствие по делу о возможном убийстве Жданова (напоминаю, дело «кремлевских врачей» образца 1938 года было у всех на памяти). А раз обязано - значит, следствие идет. И в его поле зрения обязательно попадут «ленинградцы», неизвестно зачем оказавшиеся возле Жданова в его последние дни.

(Кстати, к вопросу о том, в каком архиве хранилось письмо Тимашук. В 1952 году следователи МГБ вовсе не обязательно пользовались первым письмом. Возможно, они использовали ее письмо Кузнецову, которое вполне могло попасть в «ленинградское дело».)

Следствие по делу об убийстве - это не рутинная проверка. Тут будут копать глубоко, по всем направлениям, отслеживать все контакты.