1953 год. Смертельные игры

Они связывают такое поведение с «делом врачей» - но это не аргумент, не был Сталин так уж пуглив - он, скорее, являлся фаталистом. Это могло быть и правдой: есть данные, что лечащим врачом Сталина являлся арестованный в ноябре академик Виноградов, и вождь решил не связываться с новым врачом, а подождать освобождения своего - ждать-то надо было всего несколько месяцев. Но пикантность ситуации в том, что ни Хрущев, ни Светлана не были близкими Сталину людьми и знать этого попросту не могли. Зачем им понадобилось это утверждение? Объяснить причину отсутствия данных о здоровье вождя?

Медицинская карта Сталина после его смерти бесследно исчезла.

Уничтожать ее был смысл только в одном случае - если там не зафиксировано никакой гипертонии.

Охранник Хрусталев, о котором неизвестно, что он делал в ночь на 1 марта, вскоре после смерти Сталина последовал за ним, а еще двое охранников застрелились. Есть свидетельство, что после похорон Хрусталев был на несколько дней арестован, а потом выпущен на свободу - впрочем, ничего удивительного в этом нет, по факту смерти Сталина наверняка велось следствие.

Любопытно другое: в случае громкого убийства у заказчиков есть привычка убирать исполнителя. И с чего бы это Лозгачев обмолвился, что в ночь на 1 марта он спал и что делал Хрусталев не знает...

Переворот произошел именно в тот день, когда Берия должен был получить санкцию на арест Игнатьева.

Именно Игнатьев ведал сталинской охраной, именно он резко уменьшил ее численность, он же удалил от вождя его бессменного помощника Поскребышева и начальника охраны генерала Власика (последнего зимой даже арестовали - правда, не сумели ничего доказать.

А поскольку освобождать его было неприлично, держали в тюрьме до 1955 года, а потом приговорили к высылке).

17 февраля внезапно умер комендант Кремля Косынкин, после чего Сталин в Кремле не появлялся.

Наконец, последние находки московского журналиста Николая Добрюхи тоже нельзя сходу отмести, даже при всей их сомнительности. Работа эта напечатана совсем недавно, причем в газете, и ей присуща специфика жанра. Автор не рассказывает, какие документы попали к нему в руки, при каких обстоятельствах, где они находились все это время.

Тем не менее, отмахнуться от них нельзя. Поэтому терпение - я намерена привести все выдержки из большой статьи, имеющие отношение к версии отравления.

Николая Добрюха утверждает, что обнаружил данные обследования здоровья Сталина, относящиеся к началу 50-х годов, в которых нет ни малейших следов гипертонии. А это уже серьезно.

Медики и сейчас могут объяснить далеко не все в течении болезни. Документы сложные, с ними еще разбираться и разбираться. Но не учитывать их, как я уже говорила, нельзя.