Академия Крылатых, или В пекло тебя, дракон! (СИ)

Сегодня я была в светлом платье в мелкий зеленый горошек, поэтому ущерб моему наряду чернила нанесли ощутимый.

Помянув недобрым словом Ресора Ридгрона и всю его родню, как будто они были в чем-то виноваты, я при помощи заклятья чистки кое-как привела свой подол в порядок. 

Разумеется, в моем бедственном положении был виноват вовсе не этот дракон, которого, наверное, уже и на свете-то не было. А совершенно другой драконюка – вполне себе живой и возмутительно самовлюбленный. И… последнее время совершенно не выходящий из моих мыслей...

Именно он, проректор Аэлмар, отправил меня в это всеми богами и шеликунами на свете забытое место, все сплошь заставленное башнями пожелтевших свитков, которые, как сухие листы, рассыпались прямо в руках.

Нужно было только видеть мерзкое самодовольное лицо дракона, когда он привел меня сюда и сообщил, что все эти свитки нужно перебрать и переписать, пока они окончательно не превратились в труху.

Так как всей этой просто архиважнейшей информации очень много лет, то использовать магию нельзя, а значит переписывать надо строго вручную. 

Архиважнейшая информация, содержащаяся в свитках, была настолько архиважнейшей, что в архив пару лет никто точно не спускался, судя по толстому слою пыли, который покрывал тут все поверхности без исключения.

Я тут же ожидаемо расчихалась и обрушила первое же сооружение. Но Аэлмар очень бережно все это подхватил (даже бережней, чем меня тогда в Черном лесу, подлец!) – свитки воспарили в воздухе и аккуратно выстроились в новую башню. При этом дракон с такой укоризной посмотрел на меня, словно я предприняла попытку сожжения архива.

Хотя сейчас, если честно, после недели, проведенной за переписями, я постоянно представляла, как это делаю.

Слава Дриадьей Праматери, в отличие от Сурьки, Джерласс меня от занятий не отстранил, и мои мытарства в архиве премежались с занятиями, которые хоть немного отвлекали от рутинной работы.

И добро бы, это сидение в архиве было полезным – тогда б я хоть как-то могла с ним примириться, несмотря на ужасающую скукоту этого занятия. Но нет, думаю, наказание проректора состояло как раз в том, чтобы нагрузить меня самым бесполезным делом на свете.

А то я представить не могу, кому в здравом уме могут понадобится столетние записи об обучающихся когда-то в академии студентах и их родственниках до пятого колена. Само собой, с указанием принадлежности к той или иной расе и всеми титулами.

Правда, через пару дней выяснилось – кому. Когда Аэлмар заявился в архив, и, как-то слишком интимно склонившись ко мне, велел отправлять все мои писульки фэссу Игоряху Иссаволю. Ибо королевский ревизор для какого-то там шеликуна решил с ними ознакомиться.