Альянс Нерушимый

Пока мы с Коброй занимались этими неотложными делами, недавно прибывшие новички из числа Старших Братьев проходили первичный курс лечения и получали от старших товарищей подробный инструктаж. По просьбе товарища Антоновой Колдун провел всех Старших Братьев по тем мирам, где они когда-то геройствовали, показал мою Метрополию, «Неумолимый», «Солнечный Ветер» и в завершении познакомил с Рион, Лилу и Агриппой. На линкоре мои будущие Верные посетили класс гипнопедии, где им инсталлировали полный имперский языковый пакет. Впечатлений у них было хоть отбавляй. Авторы фантастических киноблокбастеров нашего мира тихо курят в сторонке и жалуются на несчастную судьбу и отбитый хлеб.

Кстати, элементы конструкции ремонтно-восстановительного причала, к которому с одной стороны должен быть пришвартован «Солнечный Ветер», а с другой «Полярный Лис», уже поступают из миров товарища Гордеева и моей богоданной Елизаветы Дмитриевны, и четверорукие монтажники приступили к сборке этого конструктора. Пройдет совсем немного времени, и крейсер каперанга Малинина можно будет ставить на реконструкцию, тем более что необходимые комплектующие уже заказаны в тех же мирах, где изготовили причал (у остальных для этого просто не хватает компетенций). После разгрузки лайнера от всех прочих пассажиров и отключения гравитации на средних палубах четвероруких юношей и девушек перевели на освободившееся место, и вот тут, наконец, они перестали чувствовать себя оловянными солдатиками, упакованными в картонную коробку. Образ существования накладывает на этих молодых людей почти такие же ограничения, как и на Корабли, хотя в их случае, наверное, ограничения в свободе передвижения могут снять парящие антигравитационные кресла — вроде того, в котором по Тридесятому царству рассекал мистер Рузвельт.

Одним словом, пока мы были заняты, для товарищей Гордеева, Бесоева и Андреевой время тоже не прошло даром. И вот они, в компании старших товарищей, стоят у меня в кабинете. На этот раз тут и адмирал Ларионов, и товарищ Османов, и оберст Слон, который под моим руководством провел свою первую почти боевую операцию.

— Я готов, — сказал Николай Бесоев. — Где и когда я должен принять присягу?

— Здесь и сейчас, — ответил я. — Становиться на одно колено не требуется. Просто стойте прямо и повторяйте за мной: «Я — это ты, а ты — это я и я убью любого, кто скажет, что я не равен тебе, а ты не равен мне. Вместе мы сила, а по отдельности мы ничто».

И, как всегда бывает в таких случаях, саданул раскат грома, означающий, что наши взаимные обязательства зарегистрированы в Небесной Канцелярии, и мы вдвоем очутились в Командном Центре Воинского Единства.