Бедовый 3. Княжий человек

Клыки впились от плеча до груди. Ну, как впились — распороли кожу и содрали чуток мяса. А потом пошел резонанс.

Мне было больно. И не в месте, где бэккахест пытался пощекотать острыми, как подколы Зои, зубами. От непонятной, магической судороги, отнялась на время левая рука. А мизинец с надетым кольцом защиты будто сломали. Хотя и кольца никакого уже не было.

Оно разлетелось на три части, как только бэккахест попытался укусить меня. Украшение приняло на себя заготовленный мне урон. И приказало долго жить.

Жалко, очень жалко. Что-то мне подсказывало, что подобные расходники в избытке есть у вэтте. Но они явно стоят не копейки.

Однако в данный момент думать нужно было совсем о другом. О той нечисти, которая отпрянула, будто ребенок от бесплатного стоматолога. Я же, пытаясь не думать о боли, вновь перекинул нож, взяв другим хватом, быстро шагнул вперед и молниеносно ударил снизу вверх в голову бэккахесту.

А когда отпрянул, правая рука почернела от чужой крови. Белый, которого едва ли можно было теперь так назвать, медленно упал сначала на запястья, а затем, хрипя, завалился набок.

Зато меня словно током тряхнуло. Крупицы чужого хиста проникли внутрь, наполняя бескрайний сосуд. Только промысла оказалось невероятно мало. Даже благодарность от Леопольда Валерьича была существенней.

Интересно, это у всех так? Своеобразная защита от рубежников, которые решат качаться исключительно за счет убийства? Или все же моя фишка? Мол, Матвей, занимайся помощью ближним, а не охотой. Если будет время и возможность, обязательно поинтересуюсь. Но не сейчас.

Как бы не оказалось мало хиста, но он меня встряхнул, придал бодрости, что ли. Как дефибриллятор, заставляющий сердце вновь забиться. Понятно, что это не значит, что после ты будешь бегать, как Усейн Болт или плавать, как Майкл Фелпс. Но в короткий миг, когда сердце вновь запускается, а ты выгибаешься и вталкиваешь в легкие воздух — это вполне работает.

Новый выпад Яблочного мне удалось встретить. Я стоял полубоком, опустив правую руку с ножом и отведя левую назад. Поэтому опять действовал на автомате. Ударил что было мочи той конечностью, на которой еще недавно красовалось кольцо.

Руку я по-прежнему не чувствовал. Но на удивление понял, что та меня слушается. Пальцы даже успели сомкнуться в кулак.

В зубы бить очень больно. Это я знал из личного опыта. А бить в крепкие зубы нечисти, у которой они являются основным оружием — шаг даже не просто глупый, а безрассудный. Наверное, за всю историю противостояния с бэккахестами никто и не думал совершить подобное.

Боль была чудовищной. Словно мои костяшки разобрали на части, а затем к ним подключили переменный ток. Что брызнула кровь и лопнула кожа — полбеды. Я искренне надеялся, что ничего не сломал.