Бедовый 3. Княжий человек

Рубежник нахмурился, словно я предстал пьяным мужиком на застолье, который начал разговор на неудобную тему. Сам, понятное дело, этого не понимал. А потом все же ответил.

Супруга-чужанка! И будто током пробила. Меня с трудом можно было назвать невероятно сообразительным человеком. Но как сказал бы отец Костяна: «Сало в голове есть». Вот и сейчас я догадался сразу об всем.

— Для чужанки много.

— И папоротник поддерживает в ней жизнь?

— Да. И если бы убил тебя, то смог достать растение раньше. Но не получилось.

Наверное, это называется Стокгольмский синдром. Человек напротив пытался меня убить. И не раз. Натравил нежить. Да и вообще не стеснялся в методах. Но теперь я будто был готов простить его. Ведь он делал все это не ради какой-то корысти или из-за своего дурного характера. Нет, Врановой не был душкой. Однако цель, ради которой он пытался все это сделать, словно его оправдывала.

Ох, как тяжела человеческая жизнь. Вот в школе было просто. Есть условные фашисты и наши. Без всяких полутонов. Всегда понятно, кем можно гордиться, а кого ненавидеть. Почему повзрослев появилось столько оттенков, не побоюсь этого слова, серого?

Мне нечего было сказать. Поэтому я просто вытащил со Слова три листа сумрачного папоротника. Врановой нервно сглотнул, глядя на растение, а потом в руках его появилась тетрадь.

Мы передали друг другу нужные нам предметы почти как в шпионских фильмах. Одновременно и взаимно готовые к какой-нибудь фигне. Нас защищал лишь договор.

И на удивление, все произошло без всяких эксцессов. Довольно скоро в старых дрожащих руках рубежника оказались листья папоротника. А я вернул свое сокровище, которое могло в том числе привести к загадочному артефакту тире реликвии.

На этом можно было бы поставить точку в замечательном приключении. Я пришел на сделку, совершил ее и с чувством выполненного долга отправился домой. Все счастливы. Однако ощущение беды лишь усилилось. Чтобы немного прогнать его, я даже спросил.

— Теперь все в порядке?

— Можешь узнать у своей подруги.

Врановой смотрел поверх меня. Тут хочешь-не хочешь обернешься. И вот увиденное меня довольно сильно удивило. Потому что по направлению к нам, держа знакомый жезл на плече, уверенно шагала Инга. Судя по вчерашней чуть помятой одежде, она домой не заезжала. А стартанула сразу сюда.

Я чуть рукой лоб не разбил. Ну конечно! Вот почему замиренница так легко согласилась на предложенные условия. Она и не собиралась их выполнять. Все, что ей нужно было — добраться до Вранового.

— Матвей, тетрадь у тебя? — спросила с легкой улыбкой рубежница.

— Инга, погоди, — я даже вытянул руку, одновременно убирая артефакт на Слово. На всякий случай. — Мы ведь договорились.