Бедовый 9. Царь царей

— В княжество, так вы, кажется, говорите, въехал ведун, а покинул его кощей. Нет, не то чтобы это нечто невероятное. Просто слишком мало времени прошло для обычного возвышения. Кто-то может подумать, что тебя сюда ввезли как раз для того, чтобы сделать кощеем.

— Пусть хоть воеводе пишут. Он, к слову, подтвердит, что я парень ранний и невероятно способный. Если не сказать больше.

На самом деле, я даже не боялся, что к Илие обратятся с подобной просьбой. А скорее рассчитывал на такой исход событий. Меньше всего хотелось, чтобы у Егеря были проблемы из-за меня. Хотя, судя по увиденному предсказанию, тверской бюрократии не удастся одолеть Михаила. А вот чему-то огнедышащему вполне.

До Питера мы действительно добрались при свете дня. Даже позавтракали в самом городе, в месте, где я бывал еще будучи студентом. Мне почему-то казалось, что это будет весело. К тому же, много лет назад мне здесь нравилось.

Выяснилось, что возвращаться в места, где тебе когда-то было хорошо, — не самая лучшая идея. Меняется кухня, окружение, и основное — ты сам. Теперь еда казалась пересоленной, мясо откровенно подгоревшим, а с кухни несло чем-то кислым. Хотя заведение по-прежнему пользовалось популярностью среди студентов.

Или, может, дело все-таки во мне? Вон Рехон съел все со спокойным лицом, даже не поморщился. Хотя да, жрал не так рьяно, как утреннюю яичницу. Я списал все на плохое настроение и кощеевский токсикоз. Нынешняя реальность пока не вошла в гармонию с моим хистом.

В Выборг мы въехали уже при свете фонарей. Почему-то возвращаться в родной город было грустно. Словно ты лишился чего-то важного и вернуть это теперь уже не получится. Или дело в том, что я попутно думал, где надыбать мертвой воды? Из-за калейдоскопом мелькавших событий я забыл спросить у Егеря самую малость. Как эту мертвую воду добывают и где? А он, видимо, посчитал, что перед ним вполне уважаемый рубежник, поэтому о подобных мелочах не стоит и говорить. Опять моя умная лопоухая физиономия сослужила дурную службу. Ладно, война план покажет.

Рехона я сбросил у самого Подворья. Я бы не удивился, если бы проклятый ушел по-английски. Но рубежник решил напоследок поговорить.

— Интересное было путешествие. Мне кажется, я узнал тебя лучше.

— Не могу ответить тем же.

— Матвей, — он внезапно серьезно посмотрел на меня. — Если ты отдашь отца, мы сможем стать друзьями. Настоящими. Я многому могу тебя научить.

— Видимо, мне не нужны друзья, которые добываются такой ценой. Будь здоров.

Рехон ничего не ответил. Разве что стоял и смотрел мне вслед, пока «ГАЗ» не скрылся за поворотом. Я же на ходу достал записку Егеря с адресом — так, частный сектор в старой части города. Блин, далековато от дома. Потом придется такси брать. Ну и ладно.