Бунт османской Золушки

Она хочет объединиться с Султанзаде Мехмедом, для чего и выдать меня за него. Главный визирь тянет с отправкой войска на Крит.

– Это он зря. Мне пора вмешаться… Так ты согласна выйти за меня?

– Да, – Фатьма даже глаза не опустила, хотя женщина, а тем более трижды вдова, должна быть скромной. Но к дьяволу скромность! Даже султанша всего лишь женщина и хочет быть по-женски счастливой.

– Мне надо идти, – вернул ее Исмаил с небес на землю.

Он был осторожен, хотя плод сам просился в корзину. Но одно дело обрывать ветки в садах у мелких лавочников и ремесленников, и совсем другое – браконьерствовать в райских кущах у самого падишаха. Фатьма никуда теперь не денется. Женщин на одну ночь он найдет сколько угодно, в стамбульских борделях он, ичоглан султана Ибрагима, любимчик. С него даже деньги не всегда берут. А вот жена, тем более султанша – это миссия, которую провалить нельзя. Пусть Фатьма потомится, тем охотнее она окажет ему помощь, когда эта помощь понадобится.

Сестра больна, а в покоях султана сегодня новая девушка. Тут в одиночку не справиться. Фатьме еще рано говорить о том, что ей следует поддержать Шекер Пара. Всему свое время. И поцелуям тоже.

Поэтому Исмаил ловко и бесшумно спрыгнул с балкона, оставив там Фатьму, которая стояла с пылающими щеками. Во рту еще был вкус Исмаила, его умелого языка и губ. Она успела почувствовать силу его рук и нетерпение молодого, разгоряченного близостью красивой женщины и ее ответным желанием мужчины. Фатьму еще никогда так не целовали. Похотливые старые паши, ее мужья словно воровали ее ласки, отводя глаза и стараясь неслышно исчезнуть, как только все закончится. Исмаил смотрел на нее прямо, он не собирался ничего красть, он все брал по праву сильного. И Фатьма растаяла.

«Я сделаю для него все», – подумала она, следя, как Исмаил бесшумно исчезает среди деревьев в погруженном во мрак саду.

Вернувшись к себе в комнату, Фатьма наконец крепко и спокойно уснула.

…Шекер Пара проснулась поздно, под утро ей удалось наконец уснуть. Ей вроде бы стало получше.

– Подай мне воду умыться, – приказала она служанке. – И волосы мне расчеши. Хотя нет… Погоди. Хочу в хамам, пусть приготовят.

– Упадешь еще там, в хамаме-то, хатум, – проворчала Айше, поливая ей на руки из серебряного кувшина, в котором плавали лепестки фиалок и гибискуса.

От душистой воды стало прохладнее и заметно легче. Шекер Пара взяла мисваки, деревянную щеточку для чистки зубов, и тщательно стала приводить в порядок рот. А то из него дурно пахнет от постоянной рвоты. Почистив зубы, Шекер Пара прополоскала его соляным раствором, потом, морщась, смесью меда с уксусом. Несколько раз глубоко вдохнула, потому что ее опять замутило.

В общий хамам она не пошла, пользуясь статусом хасеки.