Бунт османской Золушки

Шекер Пара, лишенная этого удовольствия из-за своих страданий, невольно задержалась, попав в женский цветник. Журчал фонтан, несколько особо искусных служанок играли на лютнях, чтобы новые наложницы могли разучить движения танца живота, то и дело раздавался звонкий смех. Толстухи были неуклюжи и еще не прошли жестокой школы одалисок, когда их заставляют танцевать по многу часов в день, да еще и обвешанных тяжелыми поясами и браслетами.

Но с некоторых пор от девушек требовалось не двигаться как можно больше, а почаще отдыхать, побольше есть и бездельничать. Чтобы они не потеряли пышность своих форм. Недовольные калфы вынуждены были подчиниться новым порядкам, но заучить движения танца страсти все равно требовали.

Шекер Пара с завистью смотрела на щебечущих девушек, которые открывали друг перед другом заветные баночки с кремами, доставали тонкие беличьи кисточки, изящные флаконы с ароматными маслами.

Счастливые! Их не тошнит и не рвет с утра до ночи! Они крепко спят и с аппетитом завтракают. Бодрые и свежие после утренней прогулки, нарезвившись вволю, они любуются своими милыми личиками, готовясь превратиться к ночи в роковых красавиц. А вдруг выбор валиде или распорядителя султанского гарема падет на одну из них? Сейчас, когда постоянная фаворитка падишаха всерьез занемогла, возможно все.

Поэтому в гареме царило небывалое оживление. Две эфиопки были в центре внимания. Те, которых отпустили после бессонной ночи. Шекер Пара стояла в дверях, никем пока не замеченная, и жадно смотрела на эти приготовления, выискивая возможную соперницу. А заодно прислушивалась к тому, что говорят чернокожие служанки.

Быть может, вон та, с роскошными черными волосами и огромной грудью, что нетерпеливо расспрашивает одну из девушек и нюхает протянутую баночку с кремом – следующая хаскеки? Или вон та светловолосая великанша, которая засунула огромный палец в хрустальный флакон с маслом и не может его теперь вытащить. Девушки беззлобно над ней смеются, давая советы. Или вон та, похожая на бочонок медноволосая хохотушка, которая сама не верит своему счастью. Ешь и пей целыми днями вволю да веселись – это ли не жизнь?

А ведь многие из девушек, попав в рабство к туркам, уныло думали о том, что им теперь придется голодать и выполнять всю черную работу. Мерзнуть на холодном полу и мокнуть под дождем. Отдаваться старикам и прислуживать их женам, каждый раз ожидая побоев. Эти толстухи готовы на все, чтобы остаться в этом раю, султанском гареме.

Шекер Пара снова с ужасом думала о том, сколько же у нее здесь соперниц! Несколько сотен!

Для них настал тот час, когда сурьмят брови и расчесывают волосы перед тем, как нанести на них волшебный эликсир для роста и густоты.