Бунт османской Золушки

И этот юный красавец, о счастье! Достанется ей в мужья!

Ей было всего семнадцать, глупышке. Маленькой девочкой ее привезли во дворец, где сделали из нее усладу для властелина, научив всем тонкостям плотской любви.

Исмаил не сдерживал себя, главная ценность наложницы – ее влагалище влажное и узкое, несмотря на то что девушка давно уже не была девственницей. Рабынь султана тренировали часами, заставляя танцевать, не расплескав ни капли жидкости, впрыснутой во влагалище, и только сдав нелегкий экзамен, они бывали допущены к ложу Повелителя.

Любимый ичоглан султана тоже держал сейчас экзамен. Женские чары не должны быть сильнее преданности правящей династии. Чувствуя, как в нем взрывается очередной фейерверк, так что низкий потолок маленькой убогой комнаты становился похож на небо, усыпанное звездами, Исмаил старался не думать о том, что будет утром.

– Еще… еще… – стонала девушка, беспрерывно гладя его мускулистую спину и плечи и не стесняясь слезинок, то и дело катящихся по ее щекам. Слезы счастья от неимоверного наслаждения. Она первая у этого красивого юноши, который познал сегодня женщину. Разве можно такое забыть?

Он заставил себя смотреть ей в лицо, когда открыл загодя приготовленный мешок.

– Что это? – в ее светлых глазах застыл ужас.

– Зачем? Не-ет… – она наконец поняла и упала на колени. И заплакала теперь уже от страха. Ее трясло. Из открытого кожаного мешка на девушку смотрела смерть. – Исмаил, спаси меня, спрячь! Султан ничего не узнает! Заплати евнухам, дай им золото! Я тебе все отдам! У меня много золота! Я хочу жить!

Он не выдержал и ударил ее в висок, сильно и точно, чтобы девушка потеряла сознание. Его учили таким ударам. После чего засунул ее в мешок и стукнул в дверь. Евнухи словно ждали. Исмаил понял, что за ним следили всю ночь. Он только что выиграл у судьбы главный приз: жизнь. Поддайся он мольбам султанской наложницы, в Босфор полетели бы два человеческих тела. И он сейчас судорожно рвал бы ногтями кожу, стоя на дне в затянутом мешке, набитом камнями, и пытаясь выбраться. А его легкие стремительно наполнялись бы водой. Завтра о нем уже никто бы не вспомнил.

… Султан Ибрагим провел эту ночь гораздо хуже. Девушка, которую выбрал для повелителя глава черных евнухов кизляр-ага, Ибрагиму не понравилась. Она была слишком уж старательной. Как ее учили, едва войдя в двери султанских покоев, упала на колени и поползла к ложу, на котором возлежал правитель. После чего долго целовала край этого ложа, не решаясь припасть даже к одежде самого султана. Слишком робкая, слишком послушная. И тощая. Да, тощая, хотя наложница далеко не была худышкой. Ибрагим злился от того, что никто не хочет его понять, ни мать, ни кизляр-ага. Мол, женщине не обязательно иметь грудь.