Бунт османской Золушки

Сладкий красавчик, по которому, небось, сходят с ума все доступные красотки в стамбульских борделях! И даже особы царской крови, которые ищут с ним встреч в темных извилистых коридорах Топкапы. За что Аллах дает кому-то такую красоту? Да еще и мужские причиндалы при нем, так что мальчишка может наслаждаться жизнью в полной мере. И денег у него полно, и женщины его любят. Сама Фатьма-султан не прочь, чтобы он стал ее следующим супругом.

Нет, этого допустить нельзя! Этак щенок того и гляди приберет к рукам весь дворец! В Совет пролезет, государственными делами займется. Да не метит ли Исмаил в великие визири? Не бывать этому! Молоко на губах не обсохло! Да и много берет на себя этот паж.

Надо бы заняться им всерьез. Проследить за ним и Фатьмой-султан. Которая не выдержит и рано или поздно назначит мальчишке свидание. Тут-то и надо их прихватить.

Надо подослать к Фатьме неглупую и верную служанку. Султанша хоть и красива, но не больно-то осторожна. Оно и понятно: вдовица истомилась, глядя, как под ее окнами прогуливается стройный зеленоглазый красавчик. Фатьма ему даст знать о своих желаниях. И эту записку надо перехватить.

Но сначала Турхан-султан. Вот кого следует урезонить, чтобы не лезла куда не надо. И кизляр-ага отправился прямо в ее покои.

– Ты меня обманул, – кто-то цепко схватил его за руку. Он обернулся: Салиха! Глаза заплаканы, нос красный. – Она до сих пор у султана в покоях! Весь гарем об этом говорит! Что он ее и не собирается отпускать!

– Что ж тут поделаешь, – кизляр-аге даже жалко стало глупенькую Салиху.

Турхан хоть хитра и делает щедрые подарки женам влиятельных людей. Потихоньку переманивает на свою сторону черных евнухов, строит козни и против главного распорядителя гарема, и против самой валиде.

У Турхан сильная партия, а за Салихой вообще никого нет. Ей за свою жизнь надо бояться и за жизнь единственного сына. Другого-то у нее не будет, тем более теперь. Салиха далеко не пышка, а за ночь и вовсе с лица спала. Султан на нее и не взглянет больше.

– Что будет, если она приберет Повелителя к рукам? – жалобно спросила Салиха.

– Вам лучше, госпожа, стоять пока в сторонке и делать вид, что все это вас не касается. Займитесь своим шехзаде и ждите. Авось повезет. Вспомните Хандан-султан.

Вы на нее похожи. У султана Ахмеда тоже был старший брат. Которого казнили. И Хандан сумела стать валиде.

«Только кончила плохо», – подумал кизляр-ага, внимательно глядя на заплаканную глупенькую Салиху. Ну что за польза от таких валиде? То ли дело Кёсем-султан! Или та же Турхан. Вот уж госпожа так госпожа! Он тяжело вздохнул и сказал:

– Ступайте к себе, султанша, и выпейте успокоительный отвар, что принесла вам утром рабыня.

– Да как ты смеешь! Я хасеки!

– Боюсь, всем хасеки теперь придется потесниться.