Чехов. книга 9. Старое зеркало

Виноградова посмотрела на меня с укором:

— Эта та девица, которая к вам приставала, в тот вечер, когда она заколку здесь оставила? — как бы между прочим уточнила она

— Что? — коротко спросила секретарь и посмотрела на Виноградову.

Я бросил косой взгляд на Виноградову, но на ту это не произвело никакого впечатления. А продолжила подливать бензин в разгорающийся костер ревности:

— Приперлась и пыталась строить глазки Павлу, — подтвердила она. — А потом затем словно бы случайно сняла с волос заколку. Но я вам точно говорю: все это было сделано, чтобы потом смутить нашего княжича.

— Значит, глазки строила, — усмехнулась Нечаева. — А ведь у нее жених есть.

— В защиту Павла скажу, что он не поддался на ее чары. И попросил уйти, — с довольной усмешкой сообщила Любовь Федоровна. — Она так поразилась. Словно никогда прежде ей мужчина не говорил «нет». Как сейчас помню ее лицо.

Виноградова мечтательно закатила глаза.

— Вас не смущает, что вы обсуждаете постороннюю девушку… — начал было я.

— Нет, — хором ответили мои сотрудницы.

— … при мне, — закончил я фразу. — Мне показалось, что есть более интригующая тема для разговора.

Виноградова смутилась и покосилась на Нечаеву, которая покраснела.

— В резиденции я действительно вышел на бой с негодяем, который собирался убить девушку, — продолжил я. — И для меня на тот момент не имело значения, кем она была. Жертвой этого Цареубийцы мог оказаться любой гость поселка.

— Ты слишком благородно себя ведешь, Паша, — фыркнула призрачная дама. — Тебе просто повезло, что тот хронос смог отмотать время. А если бы нет…

Внезапно Арина Родионовна поднялась на ноги и подошла к окну. Она ухватилась за край подоконника и выглянула наружу.

— Простите, что не сказал вам об этом. Я не хотел вас беспокоить…

— Такая мелочь, — протянула девушка и через плечо бросила на меня обжигающий взгляд. — И именно в тот момент со мной произошло кое-что важное. Я только сейчас провела параллель.

— Что же? — полюбопытствовала Виноградова и в ответ на мой осуждающий вздох добавила, — я мертвая, некромант. Так что застыдить меня не выйдет. Вот помрешь и узнаешь, что в посмертии не так много развлечений, как при жизни.

— Я вспомнила о том, кем была раньше. И, кажется, даже обернулась. Хорошо, что рядом были родители. Они смогли ввести меня в сон, чтобы я не вырвалась из дома наружу.

— В кого обернулись? — с любопытством встряла Любовь Федоровна и даже засветилась от восторга, когда заметила, что у повернувшейся Нечаевой изменились глаза.

— Так вот почему ты тоже меня видишь, — восхитилась призрачная дама. — За что меня так балует Искупитель? Того и гляди, в доме сорок котов наберется. Буду счастливой женщиной.