Человек с лицом убийцы

С ее слов выходило, что следователь, опера и эксперты делали все правильно, за исключением одной маленькой детали, которую они пропустили. И Опушкина вывела на экран крупным планом эту деталь – небольшой крестик на правом виске жертвы. Эксперты так и не смогли установить, как и когда он там появился – до смерти или сразу после нее.

– Вот! – тогда торжествующе произнесла Зинаида Федоровна. – Эту маленькую деталь эксперты отметили, но никто из следователей или оперов внимания на нее не обратил. По крайней мере, дальше в материалах дела ничего об этом крестике не говорится.

А ведь это, скорее всего, и есть та маленькая ошибка, которую совершил преступник и которая могла бы на него вывести. Вот только изучать эту улику никто не стал…

Тогда Гуров с ней не согласился, посчитав этот довод притянутым за уши. Тем более на виске, рядом с крестиком, похожим на те, которые чертят, играя в «крестики-нолики», и частично перекрывая его, красовался большой синяк. Вполне возможно, такой своеобразный шрам женщина получила при падении или когда убийца ударил ее. Вот только сейчас сыщик думал уже совершенно по-другому, поскольку крест на виске Быковской был очень похож на тот, который Гуров увидел на фотографии трупа Киреева.

И находился он на том же самом месте!

– Стас, похоже, у нас серийник, – проговорил Гуров, выбираясь из воспоминаний.

– Лева, ты белены объелся? Или, как сейчас молодежь говорит, кислоты хапнул? – вытаращился на него Крячко. – Какой серийник? Ты о чем? Кого у нас еще топором зарубили?

– Вот! – Сыщик протянул другу фотографию, где на виске Киреева виднелся крестик. – Точно такой же на том же месте я видел около года назад. Он был на теле женщины, которую убийца повесил в ее собственном доме.

Станислав подошел к другу, взял фотографию и несколько секунд внимательно на нее смотрел, а потом перевел взгляд на сыщика. Сочувственно покачав головой и поцокав языком, он попытался потрогать лоб Гурова на предмет наличия температуры. Тот отдернул голову.

– Лева, и из-за какой-то царапины, которая могла возникнуть от чего угодно, ты делаешь выводы о серийном убийце? – с нотками грусти в голосе поинтересовался Крячко. – Ты точно в порядке? Разве тебе нужно объяснять, что серийники используют один и тот же способ для уничтожения своих жертв? Да и сами жертвы у них одинаковые.

А тут одну повесили, другого топором зарубили… А кроме крестика между ними хоть что-то общее есть?

Вопреки своей воле Гуров рассердился на друга. Он понимал, насколько нелепым выглядит его собственное заявление о серийном убийце, основанное лишь на схожих крестиках на висках своих жертв. И логика действительно подсказывала, что между трупами Киреева и Быковской связь пока не прослеживается. Однако интуиция нашептывала другое.