Четвертый рубин

Их тут были сотни – на столах, в деревянных ящиках и высоких медных контейнерах.

– Полторы минуты! – объявила Гвен.

– Который? – Джек окинул завалы безнадёжным взглядом.

– Ну конечно самый большой… – Она выудила из кучи невероятно длинный и неуклюжий зонт. – Вот!

В тот же миг из тёмного угла выскочил Шоу и, расставив руки, кинулся на Джека.

– Попался, Тринадцатый?

Однако напасть врасплох ему не удалось: дыхание увальня было слышно за милю, да и «Олд Спайс» в сочетании с запахом лежалого печенья сомнений не вызывал. Джек легко увернулся от объятий, ловя в воздухе шарф, брошенный девочкой. Накинул охраннику на глаза и быстро завязал узлом на слоновьем затылке, пользуясь недавним уроком Эша.

В углу раздался мелодичный звонок.

– Лифт! – воскликнула Гвен, и они бросились к разъехавшимся в стороны дверям.

Ослепший Шоу рванулся следом, но споткнулся о медный бак и свалился на пол.

– Баклз! – бессильно прорычал он, отбрасывая повязку.

Гвен успела ухватиться за чёрно-фиолетовый край и втянуть свою собственность внутрь между съезжающимися дверными половинками. Лифт тронулся, и гневные крики охранника утонули в зазвучавшей музыке.

– Слава богу, – с облегчением вздохнула девочка, – не то замучилась бы возвращать. – Она протянула Джеку неуклюжего уродца, разрисованного ромбами. – Познакомься с Тучегоном, самым знаменитым зонтом для гольфа! Носить его замучаешься, но, пока он с тобой, дождь не пойдёт. – Оборачивая шею шарфом, она глянула на часы: – Пятнадцать секунд!

Двери лифта раздвинулись на верхнем этаже арены, где в центре площади красовался серебряный постамент. Джек водрузил на него зонт, и тут же прозвучала финальная сирена. Со всех сторон поднялся радостный гомон. Миссис Хадсон приняла из лап подлетевшего дрона массивный бронзовый кубок и вручила Джеку:

– Поздравляю, Джон Баклз-тринадцатый! Поздравляю, Гвен Кинкейд, наш новый ученик каптенармуса! Спустя десять лет вы наконец отобрали Искательский кубок у хранителей!

Джек дал девочке взяться за вторую ручку, и они вместе подняли над головой бронзовый трофей. Голоса зрителей доносились со всех сторон, но никаких опасливых шепотков «правило тринадцать», «монстр» и «урод» Джек больше не слышал, одни только поздравления.

Вечером Джек принёс Искательский кубок к постели отца. Совсем недавно сражались плечом к плечу, а теперь он вдруг такой бледный, исхудавший и обвешанный трубками – как странно! Джек сжал его руку и поцеловал в лоб.

– Я сделаю всё, чтобы ты вернулся!

Кубок он поставил на ночной столик, сдвинув какой-то блестящий предмет. Присмотрелся.