Четвертый рубин

Посреди треугольника и в самом деле оказался четвёртый кружок, намного мельче остальных. Вместе они в точности соответствовали рисунку, который лежал в кабинете у Таннера два дня назад.

Джек бросил монету обратно в ванночку, и жёлтый маслянистый раствор подёрнулся рябью. Сквозь стекло смутно виднелась наклейка с надписанным именем.

Гвен мучительно задумалась, прижав пальцы к вискам и раскачиваясь из стороны в сторону. Она привыкла мерить комнату шагами, и душная теснота кабинета не слишком располагала к размышлениям.

– Три пути, три империи, три флага… и один символ. – Девочка вдруг широко раскрыла глаза. – Ну конечно! Это был не собственный их символ, а общего предка, основателя державы, расколовшейся на части. Теперь понятно, почему пути рубинов разошлись: их разделили между собой наследники…

– Чингисхана, – закончил Джек одновременно с ней.

Сейди хихикнула. Гвен сердито уронила руки.

– А ты откуда узнал?

Джек кивнул на ванночку.

– Тут монеты эпохи его правления, и на всех отчеканен тот же символ, что я видел у Таннера в кабинете. – Он взял со стола ручку, раскрыл блокнот и стал рисовать, объясняя: – Рубинов не три, а четыре! В центре – самый маленький. На всех изображениях он просто выцвел или стёрся от времени, как пропадает главный смысл фразы при игре в испорченный телефон. Вот зачем сюда явился профессор: он ищет четвёртый, последний рубин!

Гвен задумчиво провела пальцем по рисунку, перечисляя:

– Верность… подчинение… знание… Чингисхан разделил источники власти между своими наследниками, а четвёртый рубин может снова их объединить!

– Сорок миллионов, – пробормотал Джек.

– Что ты сказал? – Гвен оторвала взгляд от блокнота.

– Сорок миллионов, – повторил он, – я помню из истории – стольких жертв стоило человечеству правление Чингисхана. Он строил башни из черепов.

– Ужас какой… – Гвен закрыла лицо ладонями. – Думаешь, Таннер на такое способен? То есть будет способен, если завладеет всеми четырьмя камнями?

Джек покачал головой, вспоминая царя Николая и герцога Алансонского:

– Вернее сказать, если камни завладеют им самим.

Гвен помолчала, потом вырвала из блокнота листок с рисунком и сунула в карман.

– Мы не дадим ему захватить этот четвёртый рубин!

– Но как? – спросила Сейди. – Мы даже не знаем, с чего начать.

– Знаем, – заверила Гвен и первая кинулась к двери, протискиваясь мимо Джека.

Оставив позади улицы Москвы, скутер с путешественниками катил по тёмному пригородному шоссе. Гвен решительно села за руль, и Джек не возражал, потому что место назначения она, как обычно, не назвала, но уже сожалел о своей покладистости.

– Не дави на меня! – снова пискнула Сейди, отталкивая его плечом.

Джек и так наполовину висел, и спина совсем застыла на холодном ветру.