Чёрно-белый танец

Пусть их разделяло очень многое, пусть они познакомились в неподходящее время и неподходящем месте.

Но сейчас Андрей находился рядом с ней.

Андрей тоже уловил перемену в их разговоре. Недопонимания и неурядицы остались где-то далеко. Сейчас, в эту минуту, существовали только он и она. Остальное было неважно.

Андрей приглушенно застонал, обхватил большой ладонью затылок девушки и приблизил её лицо. Ему отчаянно хотелось её поцеловать. А Даше отчаянно хотелось, чтобы он поцеловал её.

Он был рядом. Его тепло волновало и заставляло кровь бежать быстрее. Ей больше ничто не требовалось — только он.

И Андрей это почувствовал. Их губы встретились — её мягкие, искусанные в минуты волнения, и его, твердые и сухие, готовые дарить наслаждение. Она с готовностью отдалась поцелую. Её ладошки легли на плечи мужчины, и она с удовольствием ощутила их силу.

Имена сорвались с губ одновременно и растворились друг в друге. Их глаза встретились, и сказали больше слов.

От нахлынувших чувств и воспоминаний об их ночи, Даша затрепетала. Она хотела Андрея. Хотела почувствовать его обнаженное тело, хотела его ласк…. Его нежности.

Чувства девушки отразились на её лице. Андрей прикоснулся к гладкой щеке, его пальцы скользнули чуть ниже, дотронулись до припухших губ. Даша кончиком языка лизнула подушечку пальца.

Рука мужчины не остановилась, отправилась далее, медленно спустилась по шее, добралась до того местечка, где начиналась кофточка Даши, и дразняще обвела контуры ткани.

— Хочешь, чтобы я снял? — хрипло спросил Андрей.

— Хочешь, чтобы я продолжил?

Из его горла вырвался приглушенный смех. Андрею нравилось наблюдать, как меняется от возбуждения лицо Даши, как темнеют её глаза, как учащается дыхание.

Его руки, теперь обе, скользнули под тонкую кофточку и потянули вверх. Она сбилась на груди, не желая с такой легкостью обнажать желанные холмики, которые жаждали своей очереди. Андрей не без удовольствия отметил, что соски Даши превратились в тугие комочки и натянули ткань кружевного бюстгальтера.

Она была чертовски чувственной. И реагировала на каждое его прикосновение.

Это сводило его с ума. Ни одна женщина не будила в нем подобных чувств. Ему хотелось снова и снова прикасаться к ней, дарить ласки и наслаждение.

И в душе Андрея поднималась плохо контролируемая ярость, когда он представлял, как чужие руки мяли её нежную плоть, били и причиняли боль. А потом заставили поверить, в то, что она сама этого желала.

Шелковая кофточка бесшумно упала на пол. Даша откинула голову назад и закрыла глаза.

Андрей, чуть улыбаясь, приподнял девушку, которая от неожиданности вскрикнула, и посадил её к себе на колени верхом. Та в ответ зачарованно посмотрела в лицо мужчины.

— Мы не пойдем на кровать?

— Я просто так спросила….