Свет и печаль

Сьюзен достаточно хорошо изучила Ларри, чтобы понимать: он никогда не поверит, что его “сестричка” согласилась на замужество только затем, чтобы получить наследство. Вдобавок он понимал, что деньги для Сьюзен вообще ничего не значат. Просто она свято чтит память отца — и никогда не нарушит его воли. Да, все это звучит немного выспренно. Но такая уж у него сестричка, с ней не поспоришь. Ларри все это прекрасно помнил, и потому Сьюзен с удивлением слушала слова брата.

— Нет, Ларри, — грустно сказала она. — Судя по всему, я гораздо больше верю в твою порядочность, чем ты в мою. А потому сейчас же соберусь и уеду отсюда.

— Нет. Сейчас уже слишком поздно возвращаться в Гринтаун. Оставайся до завтра. Кстати, я вошел на звук льющейся воды. Решил, что кто-то вошел в дом и распоряжается.

— И этот “кто-то” начал с того, что решил принять душ? — усмехнулась Сьюзен.

Но Ларри не принял шутливого тона. Он посмотрел ей в лицо своими сразу потемневшими глазами, резко повернулся и вышел из комнаты.

После его ухода Сьюзен еще долго стояла неподвижно, глядя в окно. Итак, Милдред и Ларри развелись. Это казалось ей почти невероятным. Поверить во все случившееся Сьюзен еще не могла. Милдред — блудливая девка! Заводила любовников, и не одного. До и после свадьбы. Она изменяла Ларри! Он, как видно, об этом знал. Нет, это невозможно! Сьюзен не питала симпатий к этой женщине, развязной и распутной. Но ведь видела же она, как страстно та хотела заполучить Ларри! Не только из-за денег, Сьюзен это чуяла почти по-звериному.

Чуть нахмурившись, Сьюзен отошла от окна, съежившись от холодного ветра, легко проникавшего под легкую хлопчатобумажную ткань платья. Взглянув в зеркало, она неожиданно заметила, как плотно облегает ее этот истертый до белизны джинсовый наряд, рельефно подчеркивая высокую грудь, тонкую талию и стройные бедра. Несколько смущенная своим видом, Сьюзен поспешила переодеться в дорожный костюм."

"Ларри, судя по его грубому и издевательскому тону при разговоре, близко к сердцу принял новость о ее помолвке. Только уж слишком он был близок к истине, когда сказал, что, не будь у Сьюзен богатого отцовского наследства, Роули и не подумал бы на ней жениться. Что ж, возможно. Но чего Ларри хотел от нее? Чтобы она влюбилась в какого-нибудь садовника, как некогда ее мать? Какое в этом случае она доставила бы ему удовольствие: глумиться над глупостью “сестрички” и упрекать ее пренебрежением памятью отца? Да, Ларри озлоблен и уязвлен уходом Милдред. Это естественно. Но почему надо выплескивать все эти эмоции на сестру? Сьюзен говорила себе, что, будь с ней сейчас рядом Роули, у нее была бы тысяча возможностей для серьезной беседы с братом. И если бы Ларри мог поговорить с Роули, он одобрил бы ее выбор.