Свет и печаль

Плюс полный покой. Курс лечения необходимо регулярно повторять с небольшими перерывами, так как ее приступы имеют стойкую тенденцию к рецидивам. Часто толчком к ним бывают стрессы.

Необходимо было получить медицинское подтверждение диагноза. Сьюзен бросилась вниз к телефону, нашла в справочнике номер мистера Тернера, их семейного врача, и, описав ему состояние брата, попросила срочно приехать.

— Оботрите пока что Ларри мокрой губкой, — посоветовал доктор. — Или полотенцем. Это снизит жар. Постарайтесь заставить его как можно больше пить. Пусть пьет любую жидкость. Лучше кислую. Отвар из смородины или ежевики. И постарайтесь найти в аптечке какое-нибудь сердечное средство. В случае чего, миссис Роббинс вам поможет.

Сьюзен подумала, что миссис Роббинс, вероятно, вообще покинула этот дом, сославшись на несчастье с сестрой. Но не желая посвящать во всё эти перипетии доктора, она сказала, что экономки сейчас нет дома.

— Та-ак… — протянул Тернер. — Ларри очень повезло, что вы очутились рядом. Действуйте, Сьюзен! И быстро.

Итак, ей предстоит обтирать Ларри мокрой губкой! Так распорядился врач. Значит, это надоэ сделать. Но при одной мысли о столь деликатной и интимной операции у Сьюзен перехватило дыхание.

Что за ханжество! — пыталась она убедить себя, поднимаясь бегом на второй этаж. Ведь до вчерашнего вечера ты была почти в ярости от встречи с братом. Почему же сейчас нервничаешь, дрожишь и смущаешься?

Увы, она знала ответы на эти вопросы. Вчерашние поцелуи Ларри пробудили в ней спавшее долгие годы чувство, вызвали к жизни желания, о существовании которых в себе она раньше могла только подозревать. Подойдя к двери Ларри, Сьюзен в нерешительности остановилась. Затем, вновь сказав себе, что там в комнате лежит ее тяжело больной брат, решительно вошла.

Ларри лежал все в той же позе, в которой она его оставила. Он смотрел неподвижным взглядом в потолок и тяжело дышал. Кожа покраснела от высокой температуры. Простыня сползла ниже пояса. Грудь, поросшая курчавыми каштановыми волосами, блестела от пота. Пока Сьюзен в растерянности стояла у постели, Ларри открыл глаза. Губы его зашевелились. Слабым, незнакомым голосом он чуть слышно пробормотал:

— Мы… мы должны заключить этот… контракт… Ты слышишь меня?"

"Понимая, что Ларри ее не узнает, а продолжает бредить, Сьюзен начала нежно гладить его голове, говоря первые попавшиеся ласковые эва. Ее мягкий и добрый голос благотворно подействовал на больного. Ларри перестал бормотать и снова закрыл глаза. Сьюзен вспомнила, что те же признаки сопровождали и прежние приступы болезни. Из них едва ли не самый тяжелый случился, когда Ларри учился в Гарварде. Тогда он очень устал, готовясь к выпускным эк-заменам.