Держитесь, маги, я иду! (СИ)

– Что мисс?!! Где она шл.... – еле удержался от ругани хозяин дома.

– Вы сами, посмотрите, господин!

Северин поднялся из-за стола. Вслед за ним встали и другие.

То, что дело идет не так, как надо, Настя поняла почти сразу. Благополучно выбравшись в отредактированной амазонке на тропу, девушка побежала легкой трусцой вдоль колосящегося поля. Светило солнце, пели птички, ароматно пахли незнакомые цветы и в воздухе витал особый летний запах нагретой земли. После слякотной зимы на северо-западе России здесь был настоящий рай. Дома Настя в такую погоду спокойно пробегала шесть километров – два круга вокруг городского парка. Однако сегодня уже на первом километре, если не раньше, началось сильное сердцебиение и закололо в боку. К концу второго Настя уже скорее ползла, чем бежала. Тело взмокло, одышка была такая, что хоть скорую вызывай. Болело все! Ноги, руки, а особенно живот в области пресса. Ее тошнило, а мускулы сводило легкими судорогами.

'Неужели это наркота так действует? Вряд ли. Утром я почти со всеми симптомами справилась. Да и ум сейчас абсолютно ясный. Это с телом что-то не то! Может, отторжение чужой души началось? – на этой мысли Настю прошиб холодный пот. – Нет, это уж совсем невероятно! Душа – это же не орган пересаженный и пришитый. А что тогда? Стоп. Опять я отвлекаюсь от главного. А главное у нас что? Как я вернуться смогу в таком состоянии! Кругом поля, ни одного человека в зоне видимости нет, до дома километра четыре идти, если не пять! Поля-то под самыми окнами господского дома не сажают! А я не то, что идти – ползти не могу!' Настя присела на холмик, отдышалась, и мужественно собралась в обратный долгий путь домой.

'Моя невеста уже пыталась утопиться, сбежать с бывшим женихом (разумеется, ему обо всем докладывали, женитьба – дело серьезное), проигнорировать первый обед и знакомство со мной. Что теперь случилось?' – Северин вышел на крыльцо и обомлел. От ворот по дорожке ковыляла, припадая на обе ноги, его невеста. Взмыленная, как скаковая лошадь, Волосы подняты вверх и завязаны на макушке неопрятным пучком, лицо красное, как спелый помидор, а ее наряд...

– Еолофей, во что она одета?! – простонала рядом мачеха Наили. – Как ее слуги в таком виде выпустили из дому?!

Хозяин дома потерял дар речи. Гости тоже. Северин изумленно разглядывал затянутое в какие-то жутко неприличные тряпки тело своей невесты. Пуговицы на верхней части наряда были расстегнуты до самой груди и даже чуть ниже. 'Какая у нее высокая белоснежная грудь! Какие красивые стройные ножки! Никогда не думал, что мужские ... штаны? ... кальсоны? ... так удачно подчеркивают достоинства женской фигурки!' – поражался будущий муж.

Тем временем Наиля дошла до крыльца и посмотрела на встречающих.