Яков. Воспоминания (СИ)

Ни одна из женщин, которых я встречал в своей жизни, не могла бы так написать свой адрес на доске.

— Вы считаете, что я фривольно поступила? — спросила Анна с едва заметной тревогой в голосе. Моя улыбка сбивала ее с толку, и она не понимала, ругаю я ее или просто дразню.

— Для любой другой девушки — конечно, — успокоил я ее. — Но не для Вас.

— А Павел Иванович, он в Петербурге учился? — спросила она меня.

Все-таки этот студент Анну Викторовну заинтересовал, как бы ни делала она вид, что ей просто любопытно разобраться в загадке тетради. Что ж, я расскажу ей все, что знаю.

— Да, на математическом факультете университета, — ответил я. — Проявил там незаурядные способности криптографа. Поэтому и привлекался к работе в военных и полицейских ведомствах.

— А почему же он университет покинул? — продолжала свои расспросы Анна Викторовна.

— Не знаю, — сказал я. — Вы сами можете у него спросить. Я думаю, теперь он Вам с удовольствием всю свою жизнь расскажет.

Я сам удивился ноткам раздражения, против моего желания проскользнувшим в моем голосе. Анна Викторовна тоже их не пропустила.

— Вы ревнуете! — она даже остановилась в изумлении.

Вот уж нет, что за выдумки! Я повернулся к ней с вежливой улыбкой.

— Напротив, — сказал я, допустив в свой голос нотку язвительности, — наконец-то теперь Вы переключите свое внимание на новый объект, а я смогу спокойно работать.

Сказал — и чуть не поморщился, столь фальшиво и раздраженно это прозвучало. Да что это со мной в самом деле?

Анна посмотрела мне прямо в глаза долгим серьезным взглядом. А потом спросила с нежной улыбкой, очень тихо:

— Что за фантазии?

— Я видел, как Вы смотрели на этого вундеркинда, — ответил я ей, из последних сил удерживая улыбку на лице, как бы делая вид, что лишь шучу.

— И как? — кажется, она едва сдерживала смех.

Нет, смеяться я над собой не позволю. Даже если вдруг и веду себя как полный идиот.

— Всего доброго, Анна Викторовна, — попрощался я и быстро пошел в сторону управления.

Анна окликнула меня, не дав сделать и пяти шагов.

— Яков Платоныч, а когда мы снова с Вами увидимся? — спросила она. И после крошечной паузы добавила с толикой ехидства: — Чтоб Павла Ивановича посетить.

— Вы написали ему свой адрес, — ответил я раздраженно.

Развернулся круто и пошел своей дорогой. А мне в спину летел ее обворожительный заливистый смех.

Я невольно усмехнулся. Она-таки победила. Вывела меня из себя и заставила проявить эмоции. И эти эмоции ее порадовали. Радует барышню, что я ревную! Дразнить она меня решила!

Но неужели я и в самом деле приревновал ее к этому мальчику-студенту? Смешно, право. Когда Семенов бросал на Анну липкие взгляды, мои эмоции не удивляли меня. Да и не ревновал я в тот момент.