Яков. Воспоминания (СИ)

Я не могу позволить себе осмыслить полученную мной информацию, потому что сейчас мне необходимо все мое хладнокровие. Я ведь понимаю, зачем пан Гроховский выложил мне все именно сейчас. Он рассчитывает, что я, осознав, что меня провели, обокрали и подставили, захлебнусь яростью и не смогу играть. Только он не понимает, к счастью, что то, что стоит для меня на кону в этой игре, дороже мне, чем вся обида и ярость мира, дороже, чем весь мир вместе взятый. Я выиграю этот кон, не имею права не выиграть. И вместе с ним я выиграю две жизни — Анны и свою.

— Продолжим? — спросил я Гроховского, выложив перед ним колоду.

— Продолжим, — кивнул он, внимательно глядя на меня.

Я чуть ослабил галстук, будто бы машинально. Позволил бровям сдвинуться на секунду. И он поверил, что я нервничаю, я увидел это в его глазах. И взял колоду.

И вот он, наконец-то, финал игры. Гроховский открывает карты, не отрывая от меня взгляда. Король и дама, к открытым уже таким же. Сильная комбинация, не поспоришь.

И, так и не позволив себе перемениться в лице, я выкладываю напротив его карт два туза. К двум открытым. Я выиграл.

Несколько секунд пан Гроховский сидел, неверяще глядя на карты.

А затем он, потеряв полностью самообладание, заорал так, что на крик прибежали перепуганные охранники.

— Замкните его! — крикнул им пан и выбежал из комнаты.

Охранники вышли следом за ним, в двери повернулся ключ. Я позволил себе посидеть полминуты в расслабленности, сбрасывая напряжение. Но долго сидеть времени не было.

— Пан Гроховский, — позвал я через дверь, — есть предложение, слышите?

Ключ снова повернулся, дверь отворилась, видимо, открытая пинком, и разгневанный Гроховский вернулся в комнату.

Двое охранников немедленно встали у него за спиной."

"— Давайте поговорим, — сказал я, глядя ему в глаза. — Я честно играл Вашими картами, согласны?

— Положим, — досадливо кивнул пан, — и что?

— Я выиграл сумму, превышающую мой долг, — напомнил я ему. — Предлагаю обмен: Вы прощаете мой долг, отпускаете пленниц, а я прощаю Вам Ваш проигрыш. И если пленницы окажутся живы и здоровы, я даже дам Вам убраться из города и не буду Вас преследовать. Ситуация патовая. Ваш честный выигрыш против моего честного выигрыша.

Гроховский смотрел на меня, задумавшись.

И неизвестно еще, что бы он ответил, учитывая, что он был все еще зол на меня за свой проигрыш. Но в этот момент дверь распахнулась, и в комнату ворвался парень с окровавленным лицом и головой, перевязанной тряпкой.

— Сбежали! — прокричал он. — Они сбежали! Еще утром ушли! Меня по голове ударили.

— Где Вы их держали? — бросился я к Гроховскому. — Где?!

И снова, как было уже много раз, полицейский экипаж несется по Затонску. На этот раз Коробейникова со мной нет, я отправил его срочно отыскать Ермолая.