Яков. Воспоминания (СИ)

Теперь, рассказав мне все, она снова смутилась, видимо, ожидая, что я могу и отвергнуть сведения, полученные от духов. Похоже, ей, как и мне, непривычно было, что я без споров принимаю ее слова.

— А как Вы различаете братьев? — спросил я ее, желая развеять неловкость. — Они же близнецы.

— Ну, в жизни бы, наверное, не узнала, — рассмеялась Анна Викторовна, — а вот духов, знаете ли, сразу видно.

— Ох уж мне эти Ваши духи, — вырвалось у меня привычно. — Пойдемте, подвезу.

Для разнообразия Анна Викторовна не стала спорить и пошла со мной к экипажу.

— Вам эта женщина не показалась странной? — спросил я Анну, имея в виду Веру.

— А Вы думаете, — спросила она, — Кулагин мог брата из-за нее убить?

— Не знаю, — ответил я. — Во всяком случае, в деле это указано, как мотив. Некоторые женщины обладают способностью вовлекать мужчин в войны.

— Как госпожа Нежинская? — спросила неожиданно Анна Викторовна.

Я лишь вздохнул с досадой. К чему это она? И с чего? Зачем снова ворошить это прошлое, я никак не могу понять! Не буду вовсе ничего отвечать, возможно, тогда удастся избежать ссоры.

— Остановите, пожалуйста, — громко попросила Анна городового, сидевшего на козлах.

Нет, ссоры не избежать, увы.

— Куда Вы? — попытался остановить я Анну Викторовну, собравшуюся покинуть экипаж. — Я Вас подвезу.

— Не стоит, — ответила она, — Вам же в другую сторону.

Да в какую другую, я в управление еду!

— С чего Вы так решили? — спросил я, поднимаясь, чтобы выйти за ней следом.

— А потому что гостиница, где живет Нежинская, в той стороне! — выпалила Анна Викторовна сердито и быстро пошла прочь.

Я опустился на сидение, не зная, плакать мне или смеяться.

Ну вот на что, спрашивается, она обиделась? Что я такого сказал, чтобы вызвать ее ревность? Но, хоть мне и было неприятно из-за случившейся между нами ссоры, я в глубине души чувствовал некоторое удовольствие от того, что Анна Викторовна ревнует, пусть и безо всяких на то оснований. Нет, я не собирался более обманывать себя пустыми надеждами. Но приятно было, что уж лгать самому себе.

В управлении я застал Коробейникова, оставленного мною «на хозяйстве» и уже изрядно заскучавшего. Уезжая к Вере, я попросил его как можно тщательнее изучить дело Андрея Кулагина на предмет каких-либо нарушений или хотя бы нестыковок в процессе расследования.

— Ну что? — поинтересовался я результатом его изысканий.

— Дело без сучка, без задоринки, — ответил Антон Андреич с некоторым расстройством. — Свидетели, улики — все указывает на братоубийцу.

— Так Вы думаете, что виновен? — поинтересовался я.

— Трудно сказать, — задумчиво ответил Коробейников. — Но если Кулагин, сбежав с каторги, взывает к правосудию, то, надо понимать, его завлекли в ловушку.