Добро пожаловать в NHK!

Для хикикомори невыносима и весна, поскольку у всех такое хорошее настроение, что становится завидно.

Лето, разумеется, невыносимо особенно.

Стояло лето, полное громких криков цикад. С утра до вечера они всё скрипели и скрипели. Лето, к тому же, было невыносимо жарким. Даже при постоянно включенном кондиционере было всё равно жарко. Не знаю, то ли мой кондиционер приходил в негодность, то ли это лето было просто особенно горячим. Так или иначе, я прожарился насквозь.

Лишь мой сосед по дому был полон сил. Он бессовестно шумел. С раннего утра и до поздней ночи из–за стены раздавались анимешные песни на полной громкости. Сосед говорил, что в последнее время ему хватает лишь четырёх часов сна в сутки. При содействии песен из аниме он в поте лица трудился над своими творческими проектами. Сверкая налитыми кровью глазами, он с воодушевлением погружался в эти бессмысленные занятия.

Однажды Ямазаки сказал:

- Большая часть игры, наконец–то, позади.

- Завтра начну собирать бомбу.

Не дав ответа, Ямазаки молча вгрызся в кусок белого хлеба. Завтракал он довольно поспешно. Поскольку я был не настолько ленив, я сделал себе нормальные гренки и наскоро поджарил яйцо.

- Который раз тебе говорю, не тащи еду из чужих холодильников без разрешения.

Я сделал вид, что не понял, о чём он.

Даже несмотря на лето, Мисаки носила одежду с длинными рукавами. Впрочем, она была в хорошем настроении.

- Так здорово, так здорово,- говорила она. Похоже, ей и правду было весело. Она радостно раскачивалась на качелях.

Разумеется, нынешняя ночь была похожа на тропическую. Было так жарко, что я вспотел, даже не начав разговора.

Мисаки, однако, казалась невозмутимой. Она энергично качалась назад и вперёд, волосы развевались у неё за спиной.

- Кстати, Сато, хочешь доесть кошачью еду?- спросила она.

Чёрный кот, жилец парка, однажды пропал. Он уже давненько не появлялся. Либо его сбила машина, и он отправился в рай, либо собрался в какое–то кошачье путешествие.

Так или иначе, но я отказался:

- А я–то накупила. Жаль выбрасывать.

Спрыгнув с качелей, Мисаки шагнула в уютную песочницу рядом с горкой, подобрала зелёную лопатку, оставленную местной ребятнёй, и принялась что–то лепить.

- Что это?- спросил я.

Похлопав ладошками, чтобы стряхнуть песчинки, Мисаки обошла вокруг горы. Она выжидающе глянула на меня.

- Красивая гора,- сказал я.

- Кииия!- воскликнула с лёгкой улыбкой на лице Мисаки, и дала горе сокрушительного пинка,- Всё, что имеет форму, однажды рассыплется.

Каждый вечер, день за днём, Мисаки вытаскивала из своего рюкзака книги самого разного толка. Судя по всему, она в огромном количестве брала их в библиотеке каждую неделю. Романы, сборники стихов, практические руководства и справочники попадали в её руки.