Добро пожаловать в NHK!

И вообще, на самом деле я тебе и не нравлюсь вовсе, верно? Если кто–то не будет моим с головы до пят, для меня будет лучше умереть. Не каждый сможет исполнить мои желания. Я всегда это знала. Именно поэтому, так или иначе, мне нужно просто умереть.

— Ты мне нравишься! Я люблю тебя! Прошу, не умирай!

— Ха, ха, ха. Ты такой забавный, Сато. Но это бесполезно. Я собираюсь умереть!

Наш разговор был словно взят из сёдзё–манги.

Однако, я знал, что слова вроде «любовь» и «ненависть» не так уж и важны. Похоже, что проблема лежит гораздо глубже. Я подумал, что должен постараться объяснить это ей. Я как–то должен выразить это словами. Но слово не воробей. В тот момент, когда я их произнесу, они потеряют всякий смысл.

Я просто не понимаю. Что мне делать? Чего я хочу?

О чём я думал тогда…? Мне всё равно, умрёт ли она. Вот о чём.

По крайней мере, его не мог опровергнуть я. К тому же, я подходил на роль спасителя самоубийц менее кого–либо.(меньше всех на свете)

— Это неправильно, — я продолжал молоть этот вздор. — Не говори, что ты собираешься умереть.

Слова звучали фальшиво.

Решив положиться на силу, я сделал шаг в сторону всё ещё размахивающей ножом Мисаки. Она отступила. Не обращая внимания на её дикие движения, я сделал выпад вперёд с вытянутой рукой. За момент до того, как я коснулся Мисаки, лезвие впилось мне в ладонь. Секундой позже потекла кровь. Снег впитал её.

Было больно, но боль была чудесна.

Мисаки заворожено смотрела на окровавленный нож. Я улыбнулся ей.

Похоже, что она тоже была готова улыбнуться.

Дул ветер, снежинки кружили вокруг нас.

Наконец, я понял. Я знал, что мне нужно делать: я не должен дать этой девушке умереть. Я спасу её.

Всё же, где–то должно было быть чудесное решение. Я верил в это. Должен быть способ всё наладить. Должен быть способ исполнить желания Мисаки и мои собственные мечты. Конечно, я уже знал ответ.

Я уничтожил бы её боль и сделал бы реальной для неё жизнь, где она счастлива и смеётся. Я дал бы ей энергии дожить до завтра и сил жить дальше. Способ — каким–то образом, я уже знал его.

Однажды она сказала мне:

«Если бы существовал такой ужасный Бог, мы могли бы жить без всяких забот. Если бы можно было всю ответственность за наши страдания свалить на Бога, у нас прибавилось бы спокойствия духа, не так ли?

Если бы я могла поверить в Бога, я бы могла стать счастливой. Ну и что, что он плохой, я всё равно могла бы стать счастливой. Беда в том, что… у меня плохое воображение, так что мне не так–то просто поверить в Бога. Неужели он не может сотворить для меня какое–нибудь зрелищное чудо, вроде тех, что происходят в Библии?»

Способ был невероятно сложен, ужасен, и, скорее всего, потребует огромных жертв. Это, собственно, было то, чего я так желал.