Дочь опальной герцогини

Считать деньги впотьмах удовольствия мало, но я всё же не удержалась и, развязав кожаные шнурки на горловине одного из кошелей, высыпала на ладонь несколько кругляшей. Медные монеты вперемешку с серебряными приглушённо блеснули в тусклом свете, что едва-едва пробивался в узкие щели, шедшие понизу дверей. Передо мной встал острый вопрос: что именно на всё это я смогу купить, то есть как надолго мне хватит подачки королевы? Что же, у меня под боком целый лорд-маг, допрошу его.

Оба окна не были застеклены, потому я сидела в полутьме экипажа и просто думала. Обо всём на свете. В том числе, как сделать поездку комфортнее? Надо было у этого мага-королевского-шпиона спросить, сколько времени займёт дорога до моего герцогства?

И на первой же остановке открыть сундуки с мехами, обложить ими сиденье, точно станет мягче и теплее.

Первые полчаса провела с ровной спиной, после округлилась, затем уложила корпус на скамью, ноги оставив на "грелке". Немного времени потребовалось, чтобы начали затекать конечности и ныть шея. Забралась на лавку с ногами, подогнув колени.

– Вот гадость! – прорычала недовольно. И, посомневавшись немного, решилась: скинула шкуру с жаровни прямо на дощатый пол, после чего уселась на неё, почти полностью вытянув ноги, места тут было куда больше, нежели на узкой лавке, голову откинула на сиденье. Выдохнула. Стало чуточку лучше. Но всё равно неудобно.

А ещё мне было скучно.

Если открою окно – замёрзну, почитать что-то тоже не выйдет, не хотелось ослепнуть раньше времени. И это только пока мы движемся по более-менее ровной, мощённой плоским камнем дороге, но что будет, стоит моему транспорту выехать за пределы города? Рессор тут не было, вместо них какие-то ремни сзади кареты, выполнявшие функцию амортизации, но насколько они эффективны? Покажет только практика. Как же тогда быть? Как не помереть со скуки? Пересела бы на лошадь, чтобы верхом да на свежем воздухе, но держаться в седле не умела, потому этот вариант тоже не годился.

Время ползло со скоростью уставшей черепахи, я сменила сотни раз положение тела, даже умудрилась поспать, когда, наконец, карета дёрнулась и остановилась. Распахнув глаза, прислушалась к звукам снаружи. Вот послышался хруст снега под чьими-то ногами, затем кто-то остановился рядом с экипажем и постучал в дверь:

– Леди, это самое, остановка. Можете пройтись, размять ноги, сбегать по нужде, – голос был точно не Лиама, а старческий и скрипучий, как плохо смазанные дверные петли.

Кряхтя, как бабулька, потянулась и, распахнув дверь, одним махом выпрыгнула наружу, напугав мужичка.

– Ой-ты, бой-ты! – воскликнул тот, шарахнувшись в сторону. – Напужали, аж сердце ёкнуло!

– Простите, – широко улыбнулась я.

– Сэмиль меня кличут.

– Дедушка Сэмиль, я случайно, извините.