Дочь опальной герцогини

 – Вечером, когда достигнем деревни, поговорим, – отрывисто добавил и широкими шагами отошёл к своему жеребцу.

Ну а я, недовольно насупившись, почесала кончик носа. Ладно, главное, не отказал. А через минуту дядюшка Сэм поставил жаровню на место, и я со спокойной душой забралась в карету, плотно прикрыв за собой дверцу.

Тронулись. И снова потянулись бесконечные минуты, что сливались в томительные часы. Меха матери я таки достала, но положила их на плоскую, широкую крышку сундука, на который и взгромоздилась. Свернулась калачиком и попыталась уснуть. Каша камнем упала в желудок и там, кажется, решила застрять. Хорошо, что не стала пихать ещё и булку, иначе сейчас мне было бы совсем плохо. Трапезу закончила горьким травяным взваром на том и остановилась.

О том, что мы куда-то приехали, я узнала, лишь когда карета резко дёрнувшись, встала. Я разлепила сонные веки. Полежала немного, ни о чём не думая, а потом первым делом посмотрела в щель между полом и дверью – солнечная полоска исчезла. Неужели опустилась ночь?

С трудом выбравшись из вороха меховых одежд, поёжилась: было холодно, и это притом, что я не снимала свою шубку.

Натянула на голову шапку, взяла в руки муфту и, отомкнув задвижку, толкнула дверцу. Тут же в лицо полетели белоснежные колкие хлопья – поднялся ветер и пошёл снег.

Рядом с экипажем стоял мужчина, один из гвардейцев сопровождения. Он подал мне руку и помог выбраться.

Спустившись на землю, замерла подле него и осмотрелась: мы "припарковались" напротив большого сруба с широким крыльцом и остроконечной крышей, тонувшей во мгле ночи, за завесой плотного снегопада. Мои сопровождающие сновали туда-сюда, что-то делая, в руках они держали ярко горящие факелы, тем самым освещая территорию двора.

– Сундук выньте и занесите в дом, поставьте в комнате, что выделили леди, – раздалось рядом, я, подозрительно прищурившись, повернула голову к лорду Кенсингтонскому: та-ак, значит, выходит, он в курсе, что хранится в моём ларе?

– Да, господин, – воин, быстро поклонившись, отправился выполнять поручение.

– Леди Йорк, мы прибыли в Вулпи – первую деревню на пути. Следуйте за мной, – велел он мне.

Я пристроилась позади широкоплечей спины Лиама, мы поднялись по лестнице и вошли в дом.

На нас тут же пахнуло сеном не первой свежести, ароматами навоза и жареного мяса. Окна в доме были узкими, с запертыми ставнями – оттого никакого притока свежего воздуха. Я будто из родниковой воды нырнула в болото.

По центру стояла печь, зрительно делившая большое помещение на два поменьше. Никогда раньше я не видела подобной конструкции, она была гораздо совершеннее, нежели те печурки, что я видела в деревушках в родном мире.