Дочь палача

И то, что холм просматривался издалека, шло наемникам только на пользу. Ведь если спрятаться у всех под носом, то можно не сомневаться, что разыщут тебя не скоро.

Магдалена терла руки друг о друга, чтобы как-то ослабить путы. Как долго она уже это проделывала? Час? Или два? Уже начали петь первые птицы. Значит, близилось утро. Только вот который теперь час? Она потеряла всякий счет времени.

Немного погодя девушка заметила, что веревки стягивали руки уже не так крепко, узлы ослабли. Она осторожно сдвинулась в сторону и почувствовала под собой острый камень. Его край больно врезался ей между ребер. Она легла так, чтобы камень оказался точно под запястьями, и принялась перетирать путы. Через некоторое время Магдалена почувствовала, как волокна веревок начали рваться. Если тереть медленно и достаточно сильно, руки скоро будут свободны.

Из-за повязки на глазах она так и не смогла увидеть солдат, но по тому лишь, как ее несли, можно предположить, что, по крайней мере, один из них довольно силен. Кроме того, они наверняка вооружены и очень проворны. Как она от них убежит?

Когда с веревками было покончено, голоса внезапно умолкли. Послышались шаги. Она снова сделала вид, что без сознания. Кто-то остановился возле нее, и в лицо ей полилась холодная вода. Магдалена фыркнула и стала глотать воздух.

— Я выиграл тебя, девчонка. В кости… — раздался над ней низкий голос, и кто-то пнул ее в бок. — Давай, просыпайся и развлеки нас немного. Если нам понравится, может, мы и отпустим тебя, пока не пришел Брауншвайгер. Ну, сначала, конечно, придется порадовать и Кристофа…

— Давай, Ганс, — прозвучал в отдалении второй голос, тяжело и неразборчиво. — Скоро уже день. Этот подонок может явиться в любую минуту. Навешаем ему и свалим отсюда!

— Вот именно, девка, — сказал Ганс, который тем временем склонился над ней и шептал в самое ухо; от него несло дымом и спиртом. Магдалена поняла, что он сильно пьян. — Сегодня у тебя счастливый день. Мы накостыляем Брауншвайгеру, этому упырю, и тогда он не изрубит тебя в куски. А мы уйдем с кладом. Но перед этим мы хорошенько тебе отплатим. Не то что твой костлявый доктор, который тебя лишь слюнявит…

Он запустил руку ей под юбку.

В то же мгновение Магдалена справилась с последним узлом. Не задумываясь, она рванула вверх правое колено и врезала солдату между ног. Тот с приглушенным воплем рухнул на землю.

Дочь палача сорвала кляп и повязку. Приближался рассвет. Сумерки пока не рассеялись, и солдат, скорчившийся на земле, казался ей в редком тумане серым комком. Магдалена потерла глаза. Она так долго проносила повязку, что глаза очень медленно привыкали к тусклому свету. Наконец девушка огляделась, как затравленное животное.

Над ней возвышалась виселица.