Дочь палача и театр смерти

И будет лучше всего, если ты сейчас…

– Я кое-что знаю, – торопливо перебил его Петер.

– Так-так, и что же ты знаешь? – Симон улыбнулся. – Может, ты собственными глазами видел убийцу? Или кого-то из этих карликов, что обитают в здешних горах?

– Нет, я не о том. – Петер застенчиво опустил глаза. – Я еще вчера хотел рассказать вам, но ты не стал слушать. А вечером было это жуткое землетрясение. У тебя времени совсем не было.

– Давай уже, выкладывай, что ты там выяснил, – проворчал Куизль. – Потом возвращайся к играм.

– Я… мы с Йосси и Макслем видели в лесу одного человека.

Он выкладывал у дороги странные круги из камешков.

У Симона мороз пробежал по коже.

– И кто же это был? – спросил он неуверенно.

Якоб поставил на стол еще одну фигурку.

– Прекрати! Я… я не вынесу этого! – донесся сквозь стенки бочки приглушенный голос Лукаса. – Хватит, или я выйду и первому встречному расскажу, что здесь происходит!

Вино по-прежнему стекало по волосам и медленно наполняло бочку. Вот уже бедра скрылись в холодной жидкости. Магдалена в отчаянии колотила по стенкам и кричала, однако это привело лишь к тому, что вино полилось быстрее.

Но тут струя резко оборвалась, лишь слабо капало с краев отверстия.

– Эта женщина принимала на свет моего сына, – ответил Лукас с дрожью в голосе. – Я знал ее, когда еще под стол пешком ходил. И не могу просто утопить ее, как котенка! Лучше уж… Лучше я всех нас выдам!

– О, только попробуй! – прошипел тиролец. – Давай, выходи. И обещаю, я все сделаю, чтобы твою жену и ребенка запихнули в такую же бочку!

– Господи… не надо, прошу тебя, – всхлипнул Лукас. – Я… я не думал, что все так обернется! Я просто хотел заработать немного денег, чтобы моей семье жилось лучше.

Господь свидетель, я не хотел, чтобы так вышло!

– Она видела нас, парень, – проворчал тиролец. – Если отпустить ее, она тут же побежит к старосте и выдаст нас с потрохами. И твой сын никогда уже не увидит отца, потому что ты отправишься на какой-нибудь галере в Новый Свет. Так что не глупи.

– Если ты убьешь ее, я выдам вас всех! – Голос Лукаса зазвучал вдруг твердо и решительно. – Это мое последнее слово. Я не смогу жить с таким грузом, и не важно, что со мною будет.

– Я… я вас не выдам! – закричала Магдалена и заколотила по стенке.

Голос ее в заполненной наполовину бочке звучал глухо, как из могилы. – Я даже не знаю, что вы…

– Заткнись! – крикнул тиролец и стукнул кулаком по бочке. – Мне надо подумать.

В голосе его чувствовалась неуверенность – очевидно, угроза Лукаса возымела действие. Вино больше не лилось, вместо этого наступила тишина, прерываемая лишь тихим всплеском капель.

– Ладно, парень, – сказал наконец тиролец. – Не будем ее топить. И так уж сколько вина извели… Вот как мы поступим.