Сводный босс

Я на пляже хочу поваляться, а ему в горы подавай лезть. Я в городе жить хочу, а он ранчо какое-то купить собирается, чтобы на старости лет коняшек растить. Нет, фу, Славик. Не хочу я так.

Переводит дух и распрямляет плечи, всматриваясь в моё лицо в поисках одобрения и поддержки, очевидно, не уверенная, достаточно ли хорошо донесла до меня свою мысль. Мне нечем её порадовать. Все статуэтки «Золотой малины» за хреновую актёрскую игру достались ей.

— Мам, у тебя губы дрожат, и ты плачешь.

Мама нервно дёргается и несётся к зеркалу. Шмыгает носом, стирая кончиками пальцев чёрные дорожки со щёк.

— Мама Ира, — делаю шаг к ней, стараясь не звучать как бездушный психолог. — Это я, твоя дочь. Мне ты можешь сказать.

Мама неизящно морщит нос и громко всхлипывает."

"— Он сказал, что мы не подходим друг другу. Сказал, что я замечательная... красивая, прекрасная хозяйка, но вряд ли захочет на мне жениться. И что я заслуживаю самого лучшего, и будет нечестно водить меня за нос. Сказал, что всегда могу на него рассчитывать, как на друга... Просил не говорить вам, потому что хотел вместе справить день своего рождения.

— Мам...

Сочувствие к её неподдельному страданию и разочарованию переполняет меня, и как в самых трогательных мелодрамах, я распахиваю утешительные объятия. Мама с готовностью шагает в них, выдыхая мне в плечо граничащие с истерикой всхлипы и прерывистое сопение. Глажу её по спине и как заведённая, повторяю ничего не значащую чушь вроде «Всё будет хорошо».

— Я думала, он «тот самый», — завывает мама, вздрагивая надушенным телом. — Думала, мы поженимся.

Что это? Насмешка судьбы или злой рок? Всех своих предыдущих «тех самых» мама бросала сама, оставляя их с разбитыми сердцами и изрядно потрёпанными кошельками. И вот впервые за много лет, в далёкой «вражеской» стране нашла того, с кем захотела связать свою судьбу, и вдруг такое кривое пике. Я не злюсь на Колина, разве что чуть-чуть. В конце концов, во времена развития ресторанной индустрии, маршрут к сердцу через желудок не самый оптимальный. Как пел Владимир Семёнович: «Парня в горы тяни…». На деле отношения немолодых не выдержали испытание изолированной романтикой.

— Всё платье тебе испачкала, — виновато произносит мама, настойчивым трением пытаясь удалить слепок некогда идеального макияжа с моего плеча.

— Поторопилась я, Славка. Бросила всё, с работы уволилась, все ставки на Колясика сделала. Забыла, что любовь — вещь ненадёжная. Сегодня есть, а завтра нет. И это с моим-то опытом.

— Билеты уже купила? — спрашиваю.

Мама по-детски трёт кулаком под носом и отрицательно крутит головой.

— Колин сказал, что могу оставаться в его доме, сколько потребуется. Хотела с тобой сначала поговорить.