Дорогой Джон

Перестраиваясь на ходу, я немного досадовал: куда лучше было бы провести вечер вдвоем с Саванной. Я не понимал, с чего ей заблажило срочно увидеть моего предка, разве что ее не привлекает перспектива провести со мной весь вечер. Честно говоря, мысль угнетала.

Саванна была в хорошем настроении и щебетала как птичка, сколько они наработали за два дня. Завтра бригада планировала приняться за окна. Рэнди, как оказалось, все время работал бок о бок с Саванной — этим и объяснялось «восстановление дружбы», по ее выражению. Сомневаюсь, чтобы Рэнди описал свой интерес к Саванне теми же словами.

Через несколько минут мы свернули на дорожку, ведущую к дому. В окне папиной «берлоги» горел свет. Я заглушил мотор и побренчал ключами, прежде чем выйти из машины.

— Я предупреждал тебя, что мой отец — никудышный собеседник?

— Да, — подтвердила Саванна, — но это не важно. Я хочу с ним познакомиться.

— Почему? — спросил я. Представляю, как это прозвучало, но удержаться я не смог.

— Потому что он твой единственный родственник, — сказала она. — И потому что он тебя вырастил.

Придя в себя после шока, вызванного моим появлением под ручку с Саванной, и подобающих случаю представлений, папа провел рукой по редким волосам и уставился в пол.

— Извините, мы не предупредили о нашем приезде, но не вините Джона — это моя вина, — весело начала Саванна.

— О… — сказал отец. — Все в порядке.

— Нет-нет, — испугался папа, на секунду подняв глаза, но тут же снова принялся рассматривать пол. — Очень приятно познакомиться.

Минуту мы молча стояли в гостиной. Саванна непринужденно улыбалась, но сомневаюсь, чтобы отец это заметил.

— Хотите что-нибудь выпить? — спросил он, словно спохватившись, что нужно играть роль хозяина.

— Нет, спасибо, — отказалась Саванна. — Джон говорил мне, вы увлеченный нумизмат.

Папа повернулся ко мне, словно за подсказкой.

— Стараюсь помаленьку, — произнес он наконец.

— Именно от этого занятия мы вас так бестактно оторвали? — спросила Саванна тем же дразнящим тоном, каким говорила со мной. К моему изумлению, папа издал нервный смешок. Негромкий, но тем не менее смех. Поразительно!

— Не оторвали. Я всего лишь рассматривал новую монету, которую купил сегодня.

Пока папа говорил, я физически ощущал, как он старается угадать мою реакцию. Саванна либо не заметила этого, либо притворилась, что ничего не замечает.

Папа неловко переступил на месте и, окончательно меня поразив, поднял глаза и спросил Саванну: — Хотите посмотреть?

В «берлоге» мы провели сорок минут.

Я в основном сидел и слушал, как отец рассказывает истории, которые я знал наизусть. Как большинство серьезных коллекционеров, он хранил дома лишь малую часть коллекции, причем я понятия не имел, где он держит остальное.