Двойник Короля 7 (СИ)

Он явно ждал, что я выдохнусь, сломаюсь, попрошу пощады.

— Сто сорок девять… Сто пятьдесят, — закончил и поднялся.

— Ещё двести, — тут же отрезал Ломов.

Солнце палило нещадно, пот застилал глаза, но я снова опустился и начал отжиматься. Сержант уже не считал, просто стоял, скрестив руки на груди. На двести семидесятом отжимании Ломов сдался.

— Хватит, рядовой, — бросил он. — Разрешаю отдохнуть.

— Разрешите выполнить до конца? — спросил я, поднимая голову.

По строю солдат прокатился шепоток. Ломов окинул их грозным взглядом.

— Ишь, умник! — процедил он. — Встать в строй!

Позже, в курилке, я заметил, как сержант разговаривает с майором из штаба.

— … Странный парень, — долетели до меня обрывки фраз. — Я специально проверил. Три с половиной сотни отжиманий — как нечего делать. И бегает, словно чёртов конь. На хрена такого держать в рядовых? Его на фронт убивать врагов нужно посылать. Этого солдата нечему учить.

Майор только покачал головой и что-то ответил, но я не расслышал.

Из-за моих действий на попытки меня сломать возникали проблемы. Но прямо обвинить или отправить под трибунал никто пока не мог, хоть и пытались.

Нашёл в библиотеке книжек: уставы, приказы и прочая военная литература. Выучил. Солдат не должен быть умным, а обязан быть послушным.

Когда я устал от постоянных провокаций, мои ответы стали жёстче. Люди начали страдать, повреждения — сильнее, но даже это не остановило руководство.

За последнее время десять человек уже вернули домой. Они не смогли продолжать службу по состоянию здоровья. Трое отправились в могилы, очень уж упрямые были. Они не просто выполняли приказ, а сами хотели меня убить.

Друзей завести в этом замечательном месте не получилось.

Ещё бы, когда моя фамилия в течение дня произносилась чаще, чем командирские. На меня косились, как на зверя. Все это понимали. Вдобавок я грамотно распускал слухи, которые были чистой правдой, что Магинские — древний земельный род. Сплетни росли, и начальству пришлось с этим как-то бороться.

Неожиданно Коля Кость первым подошёл ко мне. Я сидел в столовой, отковыривая вилкой какую-то сизую массу, выдаваемую за кашу. Он опустился напротив, придерживая загипсованную руку.

— Лучше не подходи ко мне, если не хочешь сломать вторую, — сказал я, не поднимая глаз.

— Хотел извиниться, — тихо ответил он. — Я был дураком.

Поднял на него взгляд.

— Ты, конечно, зверь лютый, — продолжил Коля, нервно сглотнув, — но правильно делаешь, что не даёшь себя в обиду.

— С чего такое прозрение? — хмыкнул в ответ.

— Да я вижу, как над тобой пытаются издеваться и сломать. Никого из наших так не гоняли, а ты всё равно в каждой тренировке первый, — он дёрнул щекой. — Странно это.

— Точно, — кивнул я, подцепив ложкой кусок серого мяса. — Очень странно.