Двойной удар. Трофей для чемпионов

Неужели она нас на самом деле не помнит? Ведь у меня-то с памятью все хорошо и у Гора тоже. Он мне уже высказал все, что думает по поводу новой встречи, и хотел разложить девчонку прямо в раздевалке на скамейке, но я не дал.

А вот девушка ведет себя как ни в чем не бывало, словно нас вообще не существовало в ее недавнем прошлом, словно три недели назад ничего между нами троими не было.

Не было ночного клуба, не было гостиницы. Не было той ночи, которую мы провели вместе. Я бы сказал, безумной ночи. Из нас двоих Терехов слишком грубый, резкий, импульсивный. Так и должно быть, как говорит тренер в спаррингах, мы с ним разные.

Но тем не менее уже десять лет вместе, кто бы там что ни подумал, мы братья по спорту, братья по жизни, совсем скоро станем сводными братьями на самом деле. Я люблю этого говнюка, иногда даже поддаюсь ему в спаррингах, чтобы не задеть самолюбие.

Но мы никогда не выходили на настоящий бой против друг друга, я даже не знаю, что там будет, столкнись мы лбами, но я не уступлю.

А вот сейчас смотрю на перепалку его и Юли и понимаю, что мне даже нравится видеть то, что я вижу.

Девочка красивая, свеженькая, маленькая, рыженькая. А то, что она вытворяла в постели, какая была открытая, доверчивая, наводило на определенные мысли, что с нами двумя у нее это был не первый раз. Хотя это Гор больше делает выводы, взглянув на девушек одним взглядом, я не такой.

Но она была чистой, в чем-то даже наивной. Или это все была игра, а сейчас она упорно нас не узнает.

– Так, я сказала, я вас не пущу в свою комнату. Вы можете ночевать где хотите. У кого-то слишком крутая тачка, кто-то может засунуть в нее свою крутую задницу и поехать в крутую гостиницу.

Но в том-то и дело, что мы бы рады поехать, можно, конечно, ей об этом сказать, но тренер не разрешает. Есть определенные правила, и они говорят о том, что некоторое время мы должны провести здесь, живя в этом современном общежитии недалеко от спортивного комплекса, и тренироваться практически круглые сутки с перерывом на сон и еду.

Но ей ведь это знать необязательно? К тому же она теперь наша медсестра. Как все удобно вышло. Черт, мне это уже нравится.

– Слушай ты, маленькая рыжая сучка…

– А вот за сучку ты у меня получишь по лицу. И в следующий раз я обработаю не перекисью твои раны, а зеленкой. И напишу на лбу, что ты га… козел!

У меня уже надрывался живот от смеха, но надо было это прекращать, пока не собрался народ вокруг этого шоу.

– Эй-эй-эй, все. Брейк, девочки. Нам надо прийти к компромиссу.

Посмотрел на Егора, потом на рыжую маленькую сучку, как назвал ее Гор, так и хотелось назвать ее так самому. А еще мне больше всего хотелось вновь почувствовать ее запах – мяты и свежести.