Единственная для князя. Как долго я тебя искал

– А что тут такого? – Посмотрела на мужчину с недоумением. – Его же осматривали дознаватели, вот и закрыли, чтобы никто посторонний не забрался.

– Верно! Но я попросил, чтобы тут ничего не трогали и оставили в прежнем виде. А это означает, что сотрудники Управы, первыми прибывшие на происшествие, застали ту же самую картину. Как видите, пожар сюда не добрался. И это благодаря тому, что дверь над лестницей тоже была закрыта. В то же время, по показаниям гражданки Огурцовой, обнаружившей убитых батраков, в подвале валялись битые бутылки и пахло алкоголем. Достаточно искры, чтобы запалить все, а дальше пламя перекинулось на бочки с маслом. Между прочим, только усилиями магов удалось сдержать пожар.

– А я… где меня нашли?

– В доме, вы лежали у выхода, потеряли сознание, наглотавшись дыма, – ответил князь, пристально отслеживая мою реакцию. – И вот, что получается: ментальный удар вы получили наравне с остальными членами группы. Это означает, что в момент нападения вы находились поблизости. Вам удалось каким-то образом пережить то, что моментально убило ваших товарищей. Допустим, в силу врожденных способностей.  Но в любом случае, это болезненно. Уж поверьте моему опыту, человек может быть ошеломлен и дезориентирован, лишен способности трезво соображать. Однако вы выбрались наружу до пожара или в момент, когда он только начинался, пересекли двор, зашли в дом и уже там потеряли сознание.

– Что вы на меня так смотрите? – насупилась. – Я не помню. Наверное, все так и было.

– С вероятностью девяносто девять процентов. – Алим Осипович кивнул. – Однако непонятно тут другое. Я не зря обратил внимание, что второй ход заперт изнутри. Это означает, что убийца покинул подземелье тем же способом, что и вы. Так, почему же он вас пощадил?

– Пощадил? – вытаращилась изумленно.

– Никто в здравом уме не станет оставлять живого свидетеля, способного навести на след.

– Возможно, преступник спешил и не убедился, что я умерла? Ушел, заметая следы, а я, очнувшись, отправилась за помощью?

На это князь ничего не ответил, а молча поднялся и пошел к выходу. Мне ничего не оставалось, как отправиться следом. У лестничного пролета мужчина остановился, пропуская меня вперед. Я на мгновение замешкалась и завертела головой в поисках светового шарика. Но он то ли исчез, выработав заложенный резерв, то ли князь нарочно притушил свет, чтобы устроить проверку.

Так и есть, – обернувшись, я поняла, что канцлер не собирается помогать, не намерен идти вперед или же облегчить подъем иным способом. – Ну и ладно! Если уж выбралась отсюда, раненая и оглушенная ментальным ударом, то и сейчас справлюсь.