Единственная для князя. Как долго я тебя искал

Внешность у гостя запоминающаяся: пышные усы, шрам над левой бровью и внимательный взгляд глубоко посаженных глаз. Добродушная улыбка ничуть не обманула в том, что настроен он решительно. Его спутники деловито рассредоточились по комнате. Один устроился в изголовье за спинкой кровати. Второй – занял место у двери и зашторил смотровое окошко.

– Доброго утра, барышня! – Первым заговорил важный гость, усаживаясь на единственный стул, придвинутый вплотную к кровати. – Начальник Следственного комитета имперского сыска действительный статский советник Лутецкий Степан Аверьянович. Это, – указал на моложавого мужчину у входа, – старший следователь Запрудов Николай Васильевич и штатный маг разума четвертой категории Остромыслов Глеб Валерьянович, – кивком обозначил третьего гостя.

– З-здравствуйте! – Не знаю, что больше впечатлило, высокий чин посетителя или присутствие мага разума? – Чем могу помочь, Ваше превосходительство?

– Можете, Анастасия Трофимовна. Поможете тем, что расскажете подробно о вчерашних событиях.

– Но я… я не помню. Только имя свое недавно узнала, и ничего больше.

– Глеб Валерьянович? – мужчина бросил взгляд на мага.

– Не врет, – подтвердил он. – С вашего позволения, я хотел бы убедиться.

Начальник степенно кивнул, давая такое разрешение, отчего у меня внутри захолодело. Видно, моего согласия даже не требовалось. Я расслышала шорох снимаемых перчаток, затем сверху нависла тень, а на виски легли чужие прохладные пальцы. Я сжалась в ожидании неприятных ощущений, и не ошиблась. Голову будто жгутом передавило и прострелило резкой мигреневой болью. Из глаз брызнули слезы, и я закусила до крови нижнюю губу, чтобы не закричать. Помочь я хотела и вспомнить – тоже. Ради этого стоило потерпеть. Не представляла только, что это так больно.

– Ааа! – Все же не выдержала и закричала в голос.

Как бы я хотела в этот момент побыть слабой барышней, падающей в обморок от малейшего испуга. Но даже зубодробительная боль не заставила потерять сознания. Как в тумане расслышала приказ Лутецкого прекратить, а после в дверь, удерживаемую третьим сотрудником, забарабанили.

– По какому праву? – расслышала возмущенный голос. – Гимназистка Молчанова – пострадавшая, а вы обращаетесь с ней, как с преступницей!

– Зачем же я пациентку с того света вытаскивал, чтобы ее тут же угробили! – узнала во втором заступнике Эдуарда Францевича.

Судя по звукам, защитники прорвались в палату. Разглядеть их мешало противное мельтешение в глазах.

– Девушка – важный свидетель! – скупо огрызнулся действительный статский советник. – Ее показания помогут отыскать убийцу!

– Но я ведь предупреждал об амнезии! – укорил доктор. – Грубым вмешательством вы только навредите.