Единственная для князя. Как долго я тебя искал

Охнув, я закрыла лицо руками, но тут же развела их в стороны, чтобы не упустить ни секунды. Показалось! Взгляд у Кости был человеческим, злым.

Акулина вышла за пределы центрального круга и приблизилась к воспитательнице.

– Смотри! Смотри внимательно! – приказала, ни капли не сомневаясь, что Панфилова подчинится. После этого направилась к Милке, встала позади и схватила за плечи. Тут же поверх женских ладоней легли черные костлявые пальцы Мары. – Смотри-и! – прошептала зловеще и указала на Костю. – Сделай это! – потребовала ведьма у Марфы.

 – Не медли!

– Нет! – вырвалось отчаянным вскриком, когда подруга замахнулась, чтобы перерезать жертве горло. Я рванулась вперед, прыгая с настила в центр круга. – Не смей! Я приказываю!

Показалось, будто я не с трехметровой высоты сиганула, а с обрыва, головой в омут. Насыщенный магической энергией плотный воздух, как стылый кисель, неохотно принял в свои объятья. Просачиваясь через поры, чужеродная сила подбиралась со всех сторон, преодолевая сопротивление тела, сжавшегося в тугую пружину. В какой-то момент напряжение достигло пика и взорвалось, проникая в сознание осколками памяти.

Произошло это за доли секунды или же время растянулось в бесконечность значения уже не имело. Я осознала, что стою на четвереньках, касаясь ладонями прохладного камня. Медленно выпрямилась и обвела взглядом присутствующих. Вдохнула полной грудью, чувствуя, что прежде и не дышала так свободно. Размяла шею, наклонив голову вправо-влево под ощутимый хруст позвонков, и посмотрела на Марфу.

– Не смей! – Подруга вытаращилась изумленно и отступила на шаг от жертвы.

– Вернулась? – усмехнулась Акулина. – И надолго тебя хватило? Ты же сказала, ноги твоей здесь не будет?

– Не твое дело! – Подошла к Зорину и принялась высвобождать его руку из цепей.

– Ошибаешься, Настя. Очень даже мое! – Акулина зло прищурилась. – Ты еще можешь уйти.

– Я? А мои друзья? – Покачала головой, не соглашаясь на такой размен. – Мы уйдем вместе.

– Ты же понимаешь, что это ничего не изменит? Они вернутся. Сами. По доброй воле. Все возвращаются. – По губам ведьмы скользнула самодовольная ухмылка.

 – Стой! – окликнула, когда я, сняв одну цепь, занялась второй. – Его нельзя выпускать. Он – зло! Уничтожь, пока можешь.

– Снова боишься запачкать руки? Ничего не изменилось с тех пор. Марфа! Враг. Убей врага! – приказала ведьма, добавив металла голосу.

Подруга, стоявшая до этого неподвижно, вдруг гибкой кошкой кинулась на жертву, замахиваясь для удара. Надо было сразу отобрать нож, но я не успела. Костя по-прежнему стоял на коленях, разминая затекшее и израненное железом запястье.