Ее монстр

Сложно сказать, как долго длилась бы атака и чем закончилась бы, только спасительный момент настал – голубое светило коснулось горизонта, а небо начало окрашивать сиреневое зарево. Розовый восход стремительно приближался, а с ним и ультразвук, воздействие которого губительно для наших врагов. И они об этом знали. Обстрел по всем направлениям прекратился, атака превратилась в стремительное отступление. Маленькие корабли на высокой скорости умчались к базе следом за транспортниками, начавшими движение ранее.

То, что сейчас происходило в лесу и на их базе, было нам недоступно, а собрат-наблюдатель, который мог хотя бы частично прояснить этот вопрос, молчал.

Не сговариваясь, прекрасно понимая, к какой цели стремимся, мы оба выскочили из ям, которые служили укрытием. Стряхнув осыпавшую нас землю, резкими тенями пронеслись по изуродованным взрывами камням, стремясь побыстрее добраться до холма.

Даже сведения о Трое и группе укрывшихся в кристаллическом лесу эдаити в женских оболочках сейчас воспринимались не так значимо. Их я тоже большей частью не ощущал, ориентируясь лишь на смутное присутствие Щега. Но так и должно быть, раз они, следуя приказу и избегая столкновения с десантом преследователей, целенаправленно провалились в зияние.

С Тасом все было иначе. Качественно иначе…

Мы неслись, обуреваемые не страхом, нет, скорее ошеломленные пониманием: вот оно, то, что вынудит признать необратимые перемены. Наше отныне иное существование.

На самой вершине холма среди развороченной груды валунов как нечто чуждое и неуместное, раскинув руки и глядя в темнеющее небо широко распахнутыми замершими глазами, лежало серокожее тело. Только тело, без малейших признаков того, кто когда-то был в нем заключен.

Тас смог выбраться? Как?!

Мы безмолвно переглянулись, продолжая с лихорадочной поспешностью прощупывать пустую оболочку и окружающее пространство. Если выбрался, он же не стал бы отдаляться?.. Даже избавившись от материальности, стремился бы к своим, а мы все так же ощущали бы его присутствие.

Но нет, собрата не было. Нигде. Вообще. Он исчез бесследно. Как исчезали в нашей прошлой жизни другие эдаити, когда внезапно пропадали из многомерности.

Тас перестал су-щест-во-вать! Его истинная часть, сущность эдаити, единственно имевшая для нас значение. Тем ничтожнее и бессмысленнее казалось это тело, мощное и совершенное, но при этом бесполезное.

Мы с Оршем недоуменно замерли над обмякшим и неподвижным, словно кусок кристалла, телом. Сейчас оно воспринималось чем-то синтетическим и неуместным.

Вернее, предположение. Ведь доказать это или опровергнуть невозможно. Тас исчез, и у этого должно быть объяснение.