Экстрасенс разбушевался

Только-только начались реформы, способные положить конец влиянию военных на политику. Альфонсин не довел их до конца. Если бы Менем умер…

Он закатил глаза и покрутил головой. Ну, да. Свой пост ты бы потерял точно.

— Как это случилось? — спросил я. — Президент не производил впечатления больного.

— Неожиданно, — сказал Серхио. — Президент работал как обычно: принимал посетителей, подписывал документы. Вечером встретился с делегацией финансистов из Британии. Они прибыли изучить возможности инвестирования в экономику Аргентины. Говорил с ними больше часа. Встречей все остались довольны. Президент ушел к себе в кабинет, и уже там ему стало плохо. Секретарь был рядом, он немедленно вызвал медиков. В госпитале Менему сделали рентген головы. Консилиум решил, что операция не поможет. И тогда я вспомнил о вас…

— Погодите! — перебил я. — Менем разговаривал с британскими финансистами. С кем конкретно?

— Вы кого-то из них знаете? — удивился Серхио.

— В утренних газетах напечатают репортаж и фотографии, — сказал Серхио. — На встрече были журналисты.

Что-то нехорошее у меня предчувствие…

Попрощавшись с Серхио, я отправился в поместье. Там сначала выслушал выговор от Луиса за то, что уехал без охраны. Извинившись перед младшим лейтенантом, пошел к себе. Осторожно принял душ, почистил зубы и скользнул под бочок к спавшей жене. Ага, спала она! Был немедленно изловлен и подвергнут интенсивному допросу.

— Не ври! (Я охнул от щипка в бок.) Пациенты приезжают сами.

— У этого был инсульт.

— Врешь! (Еще один щипок.) С каких пор ты занимаешься инсультами?

— С тех, как пациент – президент Аргентины.

— Да, — сказал я обиженно. — Тут, можно сказать, спас свободу и демократию, а меня щиплют, как гуся.

— Прости! — меня обняли и поцеловали. — Ты так неожиданно сорвался и уехал. Вернулся поздно. Решила, что ездил к женщине.

— Как ты могла подумать такое? — изобразил я монолог Никулина из фильма «Бриллиантовая рука». — Мать моего будущего ребенка! Не могу это пережить. Пойду, накапаю себе сорок капель.

— Я тебе накапаю! — меня крепко прижали к упругой груди. — Есть лучшее средство снять стресс.

И мне его сняли. Осторожно, исходя из сложившихся обстоятельств, но вполне действенно.

— Доволен? — спросила Вика, пристроив голову на моем плече.

— Да, — ответил я. — А ты?

— Я довольна всегда, можно сказать перманентно, — она хихикнула. — С тех пор как познакомилась с тобой. Ох, Миша! Живу как помещица. Дворец, прислуга, даже личная охрана. Кстати, эта Исабель очень милая. Вежливая, образованная.

— Шоколадка, — хмыкнул я.

— Не ожидала, что мой муж – расист, — фыркнула Вика. — Исабель красивая.

— Только загорала много.

— Прекрати! — приказала жена. — С чего взъелся на девочку? Ты ей, кстати, нравишься.