Экзамен на зрелость

Так что облегчение, испытанное им, вполне объяснимо.

Ну да чего теперь-то. Лошадь под седлом. Склон не такой уж и крутой, деревья растут не густо. Можно даже пустить лошадей рысью. Но с этим лучше обождать, пока они не окажутся на противоположном склоне, где деревья растут небольшими группами. Все же скачки в лесу это не шутки, что для лошади, что для седока.

– Ардынцев, только не говори, что ты опять ошибся, – вперив в капитана КГБ не предвещающий ничего хорошего взгляд, угрюмо произнес полковник Измайлов.

Собственно говоря, понять его несложно. Судьба любила с ним поиграть.

Было дело, он, командуя ротой преображенцев, оказался в числе немногих, кому смог довериться государь. За беспримерную службу капитан Измайлов был пожалован званием полковника и стал командиром Лейб-гвардии Преображенского полка.

Казалось бы, вот оно. Полковник гвардии. Предел мечтаний. Впрочем, вскоре достигнутое положение уже не казалось последней ступенью. А что, вполне нормально для того, кто мечтает о карьере, а не устраивается с удобствами в своем теплом болотце. Тут главное не зевать. Молодой император по факту не имеет сподвижников, а потому подбирает их с поспешностью, выискивая в своем окружении.

Ну и многие ли могут быть ближе, чем императорская гвардия? Так отчего бы не попробовать подняться еще выше.

Не сложилось. Господи, и как только он не смог распознать тот клятый заговор? Впрочем, а как он мог что-либо заметить? Заговорщики на всех углах о своих намерениях не кричали и его, грешного, в свои ряды не зазывали. А зазвали бы? Ну тогда он со всей своей широтой души поднял бы полк и-и…

Хм. Наломал бы дров. Холку ему за такое самоуправство намылили бы, это точно.

Но зато и в эту глухомань не сослали бы, и полк все так же значился бы в гвардии, а не обретался на краю империи.

Минуло уж пять лет, как их отправили сюда для дальнейшей службы. Хорошо еще, что не на пару лет раньше. Иначе многих уж схоронили бы, как оно и было у Низового корпуса на протяжении почти десятка лет. Когда же пришли преображенцы, многое изменилось в лучшую сторону.

В губернии появилось множество медиков, которые сумели-таки противостоять болезням. Полностью справиться с этой напастью не вышло, но ситуация уже и не столь плачевна, как прежде.

Солдаты были приучены к разнообразной пище еще в столице, а потому им оказалось проще свыкнуться с новыми условиями. Добавить сюда строгий подход к службе и быту со стороны самого Измайлова, и картина будет полной.

В принципе, согласно императорскому указу, полковник Измайлов уже мог уйти со службы и удалиться в свое родовое имение. Но поступить так он не мог. Не было ему покоя. История императорской гвардии золотом вписывается в историю России. Множество достойных мужей вышло из ее рядов.