Это случится не завтра

Его завербовали, потому что им требовался высокий чин в МИ-5, и что бы он там Еве ни наговорил, он продался за деньги, а не за идею. Такие люди, как Деннис, на этой стадии карьеры лошадей не меняют.

– А вот что реально щелкнуло у меня в голове, – продолжает Ева, – это слова Крэйдла о Кедрине: мол, того убили, дабы из типа, совершающего ошибки, сделать мученика. Это не только подтверждает наше представление о бесчеловечности их методов, но и говорит, что идеи Кедрина в целом совпадают с их видением. Мир во власти альянса крайне правых – или, как они это называют, «традиционалистов», – и европейские державы с Россией во главе.

– Согласен, – говорит Ричард. – И это соответствует тому, что мы знаем о росте национализма и о политике идентичности в Европе. Эту политику искусно мобилизуют и щедро спонсируют неустановленные силы – мы подозреваем, русские.

– Мы говорим об официальной политике Кремля? – спрашивает Билли, вытирая пальцы о джинсы и засовывая в карман обертку от пирожка.

– Вряд ли. В сегодняшней России люди, которых ты видишь в газетах и по телевизору, большей частью номинальные фигуры. Главные тяжеловесы действуют в тени.

Вилланель, горбясь, кутается в пуховик на борту вертолета «Супер Пума», который кружит над морской платформой. Дождь порывами хлещет по лобовому стеклу, а в море под ними вздымаются и опускаются тяжелые волны.

– Начинаю спуск, – кричит пилот, и она, показав поднятый большой палец, снимает наушники и хватает рюкзак.

Раскачиваясь под штормовым ветром, вертолет приземляется, и Вилланель, закинув за спину рюкзак, выпрыгивает наружу. Дождь хлещет в лицо; опустив голову против ветра, она бежит через платформу. Антон, худощавый человек в бушлате и свитере подводника, бегло оглядев ее, кивком приглашает пройти в стальную дверь, выкрашенную белым. Когда дверь за ними захлопывается, рев ветра становится тише на градус-другой. Вилланель останавливается в ожидании, с ее носа капает вода.

Платформа «Нок Том» – одна из пяти подобных сооружений; ее построили во время Второй мировой в десяти милях к востоку от эссекского побережья для защиты судоходных путей Северного моря. В те годы здесь размещалась противовоздушная установка, укрепленная железобетонными башнями. После войны все платформы обветшали. Три из пяти сооружений демонтировали, но «Нок Том» перешел в частные руки. Сегодня им владеет зарегистрированная в Москве компания «Свердловск Футура Груп». Сейчас после масштабной реконструкции вместо артиллерийской установки на платформе стоят три грузовых контейнера, переоборудованные под офисы и кафетерий. В башнях сделали перегородки и жилые помещения, куда попадают по вертикальной стальной лестнице.