Этот жестокий волшебный мир. Книга 2

Чувство полета, полной свободы, единения с вечностью.

Тело Алесаны изогнулось дугой, из груди вырвалась серая, пронизанная молниями тень, устремляясь вверх, к самому потолку и резко пикируя обратно.

С трудом придя в себя, зажмурилась, дабы избавиться от тумана перед глазами, и посмотрела перед собой.

В метре от нее зависла в воздухе большая, размером с Шаю, черная птица. Сотканная из самого мрака, с тонкими венами молний, сверкающих в крыльях. Длинный острый клюв и красные глаза, смотрящие прямо в душу.

Ойр не спускал с Ризандила глаз, держа магию наготове. Он долго собирался со смелостью, прежде чем пришел сюда, в его кабинет, с таким вопросом и прекрасно понимал, что ничем хорошим эта затея не закончится. Но слова Артана Эварта не выходили из головы. Если он не лгал, Верховного ждал суд и наказание. Преступления не имеют срока давности, нужно лишь привести улики или свидетелей королевскому суду. Только вот при нынешнем политическом положении в стране вряд ли в ближайшее время удастся собрать полноценное заседание.

– О чем ты? – голос Ризандила прозвучал вкрадчиво, но, если бы Ойр не был настороже, вряд ли бы услышал эти перемены.

– Эварт рассказал мне об убийстве своей семьи. А также о покушении на него самого. Я не мог поверить в то, что услышал… И до сих пор не верю.

– И потому решил услышать опровержение лично от меня?

Верховный выглядел серьезным и от этого абсолютно не походил на себя. Сколько Ойр его помнил, он никогда не убирал с лица вкрадчивую улыбку, даже когда говорил о далеких от веселья вещах.

– А у кого мне нужно было искать правды? Разве кто-то помимо вас о ней знает?

– Что ж, в этом есть смысл, – Ризандил двинулся к своему столу и медленно осел в кресло, откидываясь на спинку.

Натянутое безразличие было слишком фальшивым, чтобы в него поверить. Очевидно затронутая тема оказалась из тех, которые могут выбить ректора из колеи. А подобное не случалось за все то время, что Ойр был с ним знаком.

– И что вы на это скажете?

– Эварт солгал. Я не причинял вреда его родственникам, как и ему самому, – хмурый взгляд настороженно впился в лицо целителя, словно прощупывал, поверил ли тот словам. – Но его вполне могли ввести в заблуждение, и я могу предположить, что он верит в то, что рассказал. Вопрос в другом, зачем тебе все это?

Ойр не был настолько глуп, чтобы принять сказанное за чистую монету. Но и показывать свое отношение не собирался. Интересно, как далеко зайдет Ризандил в своем обмане? И понимает ли он, что истинное отношение к вопросу проявилось на его лице слишком явно? Он непременно замешен в преступлении, а быть может даже не в одном. Но как заставить его признаться?

– Зачем ему мне лгать?

– А мне зачем это делать? – узкие губы тронула улыбка.