"Фантастика 2023-180". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Призрак тем временем отлетел в сторонку и закружился вокруг виднеющегося в дальнем углу деревянного стола, заваленного бумагами так, что там не было ни кусочка свободного места. Рядом возвышалось добротное, хоть и старое, кресло. Над ним мерно покачивалась подвешенная прямо в воздухе лампа, где уже лет сто, наверное, не горел свет. А на столешнице высилась угрожающе высокая стопка запылившихся книг, которая от любого прикосновения была готова рухнуть бесформенной грудой и погрести под собой любого неразумного, рискнувшего хотя бы чихнуть от нее в непосредственной близости.

— Садись, — кивнул Марсо на кресло, а сам пристроился на краешке стола. — Ну, а теперь рассказывай, что тебе нужно.

Айра, настороженно косясь на опасно покачивающуюся стопку, смахнула пыль с сиденья и робко присела, продолжая разглядывать нечеткий силуэт нового знакомого.

— Говори, говори, — подбодрил он. — А я пока буду настраиваться на твою ауру. Можно, конечно, и так, но когда ты придешь сюда в следующий раз, я тебя узнаю и тут же найду. И вообще, смогу найти где угодно.

— А ты можешь перемещаться по академии?

— Только когда получаю специальное разрешение от магистериуса.

— Тебе разве запрещено покидать это место?

Марсо тихо вздохнул.

— При жизни я был не самым благонадежным и покладистым членом Ковена, так что, с учетом того, что кое-какие силы при переходе я все же сохранил, мне разрешили остаться лишь с таким условием.

— А как вышло, что ты не умер, а стал призраком? — осторожно спросила Айра.

— Неудачный эксперимент. Я потерял тело, зато обрел бесконечно долгую жизнь. Как говорится, что хотел, то и получил. Правда, с некоторыми оговорками.

— Ты хотел жить вечно?! — изумилась Айра, воззрившись на погрустневшего мага с нескрываемым уважением и чуть ли не благоговением. Но тот совсем не выглядел счастливым — напротив, даже поблек немного, расстроился. А донесшийся до девушки вздох был и вовсе похож на предсмертный.

— Глупо, — наконец прошептал он, разом поникнув и заметно потускнев. — Глупо все получилось: я нарушил все правила, пошел наперекор Ковену, доказал, что вечная жизнь возможна… однако при этом лишился того, что дороже жизни. Странно, да, что по-настоящему мы начинаем ценить ее лишь тогда, когда уже потеряли или оказались очень близки к потере? Счастлив тот, кто успел это вовремя понять и остановиться.

Я, к сожалению, не сумел. И теперь вынужден мириться с тем, что мне позволяют оставаться в хранилище бесценных знаний, познавать их, наслаждаться мудростью веков. Но при этом знать, что я никогда не получу возможности ими воспользоваться. Это ли не высшее наказание для ученого?

Айра сочувственно опустила взгляд.

— Мне тоже. Но я привык.