Гадости для радости ...и по работе

Будем судьбу твою смотреть, искать, когда она пошла не так, когда к тебе проклятие прилипло. Делать же ничего не будем, только смотреть.

Остальные поднялись вслед за ней, и когда она договорила, вокруг сестренки уже сомкнулось кольцо из взявшихся за руки женщин.

Мы с Андреем смотрели на это всё со стороны. Не знаю, как Андрей, а я ждал каких-то внешних проявлений их действий. Эффектов. Зримых подтверждений того, что они действительно что-то делают, чтобы помочь сестренке, а не морочат нам голову.

Но женщины просто стояли и смотрели. Сперва не шевелились.

Потом принялись покачиваться — но едва заметно и все так же молча. У тех, кто стоял ко мне лицом, взгляды ощутимо расфокусировались, они смотрели прямо перед собой: вроде бы и на Катьку, но одновременно куда-то сквозь нее. Мне с моего места было видно напряженный профиль Червоны с поплывшим, как и остальных, взглядом.

Одна только Людмила уперлась взглядом в район Катиного живота и, покачиваясь в общем со всеми ритмы, не поднимала головы.

Они стояли, стояли и стояли, и от этих покачиваний необъяснимо стало казаться, что время стало густым, как кисель, объективное его восприятие отказывало, я уходил с головой этот вязкий поток… И когда женщины очнулись и отмерли, я бы не мог сказать, сколько времени прошло.

Часы показывали, что около пяти минут. А мне казалось — не меньше часа.

Катька растерянно переводила взгляд с одной женщины на другую, открыла рот спросить что-то у старшей, но та замахала на нее рукой:

— Садись, садись. Сейчас все сама услышишь.

Они (мне даже мысленно было сложно назвать этих женщин ясновидящими) расселись вокруг длинного стола.

Червона оказалась по правую руку от тети Маши, Людмила — по левую. Катерина ухватила за руку Андрея, потянула его сесть напротив хозяйки — и слева от меня.

Я же, как выбрал место в самом начале, так больше и не двигался. Но почему-то сейчас сидел прямо напротив хозяйки. Хотя и имел весьма посредственную роль на этом празднике жизни.

Когда все уселись, тетка Маша кивнула Червоне: начинай, мол.

Та нахмурилась, свела-развела брови, и заговорила осторожно, словно по битому стеклу шла. Или незнакомую реку вброд переходила.

— Проклятие не наследственное: связи с предыдущими поколениями не вижу — значит, наложено непосредственно на Катерину. Старое. Почему не активировалось раньше — понятно, ключевое условие беременность клиентки, до того оно бы активироваться и не могло. Но наложено давно, не меньше двух-трех лет назад. Наложено женщиной, это однозначно.

— Угу, — кивнула теть Маша. — Пока со всем согласна.

— Но женщина пришла со стороны мужчины. Думаю, соперница, претендентка на мужа.